Таэль’авир не верил своим глазам. Он стоял за спиной медленно оседающего на землю врага. Сотни смертей спустя он наконец вышел победителем. Эльф осторожно, медленно, всё ещё не веря в происшедшее, вытащил мечи из тела поверженной нежити. Тьма зашипела, когда сталь вышла из раны, и чёрные капли упали на землю, оставляя дымящиеся следы. Махнув рукой остальным, он развернулся и уверенным шагом пошёл в направлении отряда, оставшегося без командира. Клинки, с которых ещё стекала и капала на землю густая тягучая тьма, он так и не убрал в ножны. Однако к его удивлению, некросы не бросились в атаку — они так и стояли, бессмысленно глядя на него, словно куклы, у которых оборвали все нити. А когда группа подошла ближе, внезапно зашевелились и расступились в стороны, образуя проход посередине. Эльфы во главе с принцем, постоянно озираясь и держа оружие наготове, торопливо прошли между рядами скелетов, а потом, оглядываясь, побежали к твердыне. Добравшись, они отправили детей к матерям, забаррикадировали дверь и готовились к обороне. Снаружи нарастал шум: молчаливый топот множества ног, отрывистые команды полководцев, лязг оружия. А ещё через некоторое время глухой мощный удар сотряс врата твердыни. Таэль собрал вокруг себя тех немногих, кто способен сражаться в полную силу. Все остальные разбрелись по твердыне, спасаясь от грядущей битвы. Женщины плакали, дети испуганно жались к стенам, старики шептали молитвы. Но никто не паниковал — слишком велик был авторитет сына верховного друида. Спустя почти час непрерывной осады створки ворот наконец не выдержали и сдались. Внушительное бревно, блокировавшее их, скорбно взвыло напоследок и треснуло пополам. Натужно скрипнув, створки с грохотом распахнулись, и внутрь хлынул поток некросов. Эльф принял на себя основной удар. Стоя прямо в проёме, он крутил двумя мечами, словно мельница, налево и направо раздавая противникам удары. В первые минуты боя казалось, что он справится один. Но вот останков нежити стало так много, что ему пришлось отступить, чтобы продолжать сражаться, стоя на полу. Кости хрустели под ногами, в воздухе стоял смрад разложения, мешавший дышать. А после следующего шага назад поток некросов стал шире, чем мог перекрыть воин, и они начали по одному проскакивать мимо, устремляясь к беззащитным женщинам и детям. К удивлению всех присутствующих, хранитель знаний отошёл в сторону и принялся плести узор заклинания. Его старые пальцы, дрожа, вычерчивали в воздухе сложные знаки, оставляя за собой светящиеся следы. А когда закончил, голубая нить молнии соединила бесчисленное множество врагов, мгновенно испепеляя их. Но на этом чародей не остановился — вновь сплетая сложный узор, он запустил огненный шар, который, взорвавшись, разбросал десятки врагов в разные стороны. А потом старик осел на руки стоящих рядом, теряя равновесие. Лицо его было бледным, губы посинели, глаза закрылись.
* * *