— Она… она там… она идёт прямо сюда, — затараторил он.
— Кто? — в один голос воскликнули трое.
— Аваресса, — выдохнул стражник.
Эльфы переглянулись, ошарашенно уставившись на вестника, а потом все бросились к выходу.
Через поселение, плавно покачивая бёдрами, прямо к Ильтрассесу шла полуобнажённая прекраснейшая эльфийская богиня-мать. Её черты были идеальны, движения — легки и грациозны, взгляд — гордый, прямой и целеустремлённый. Она остановилась в десятке шагов от Харнесесса.
— Таэль'авир, сын верховного друида, подойди ко мне, — обратилась она в толпу, уже собравшуюся вокруг.
Голос богини, словно музыка, лился, заставляя прислушиваться к её словам. Каждому хотелось откликнуться на её зов. Но она обращалась лишь к одному.
Именно оттуда, куда она смотрела, и вышел, рассекая толпу, юный мечник. Он с благоговением и лёгкой опаской подошёл к матери эльфов и неуверенно склонился.
— Встань, дитя. Сегодня я пришла, чтобы преподнести дар. Я чувствую, как растёт сила тьмы, точно знаю, что бог смерти помогает приспешникам своей энергией, но не могу вмешаться лично — так я нарушу баланс сил, и ответный удар не заставит себя ждать. Он же как-то сумел обмануть вселенское равновесие. Однако я могу влиять не напрямую. Тебе, юноша, уготована судьба стать моим орудием в борьбе с Нер'зулГурабом.
Она вытянула руку вверх, и к пальцам стала клониться крайняя ветвь Ильтрассеса. Когда они соприкоснулись, на дереве образовалась почка. За считанные мгновения она выросла, набухла, став размером с голову и тяжело оттягивая ветвь к земле. А затем плод лопнул, вываливая на землю содержимое. Перед Таэлем упала сложно переплетённая сеть лианы с белоснежными эбеновыми листьями. Изумлённый, он взирал на артефакт, лежащий в траве.
— Не подведи меня. Надень это и помни: только чистое сердце поможет победить тьму, — проворковала она и стала исчезать.
— Стой! — возмутился растерянный и смятенный юный эльф, вскакивая с колен. — Это что, твой дар? Мир стоит на пороге гибели, армия нежити готова уничтожить нас всех, а ты преподносишь мне какую-то лошадиную сбрую?
Его негодование было так велико — или присутствие божества очистило разум, — но барьер рухнул, и он смог говорить свободно. Аваресса тут же перестала исчезать, вновь обретая реальность. Глаза богини вспыхнули яростью. Она подняла руку в сторону эльфа, и невероятная, невидимая сила подхватила его и припечатала к дереву в десятке шагов за спиной.
— Глупый юнец! — слова богини били по разуму кузнечным молотом. — Как ты смеешь сомневаться в матери эльфов! Ты будешь жестоко наказан за свою дерзость!
Её волосы развевались невидимыми потоками силы, босые ноги приподнялись над землёй, и она зашагала резкой походкой прямо по воздуху в его сторону. Казалось, всё вокруг затихло, ожидая продолжения.
Таэль попытался пошевелиться, но поток силы был столь мощным, что он боялся врасти в дерево за своей спиной. Эльф извернулся и сделал единственное, на что был способен, лишённый подвижности, — он телепортировался. К великому удивлению, у него это получилось. Поражена была даже богиня. Но она очень быстро пришла в себя, перенаправила потоки силы, и эльфа снова пригвоздило к стволу. На этот раз и телепортироваться он не мог.
— Нет, искра, второй раз такое не выйдет. Смерть! Вот наказание за то, что ты сделал! — распалялась богиня.
В этот момент, испугавшись за него и не жалея себя, Эрмортресс, укрытый магическим щитом, сотворил пурпурную сферу и шагнул вперёд, видимо собираясь запустить её в бессмертную всемогущую богиню, но Аваресса лишь взмахнула рукой в его сторону — и верховный маг осыпался тысячью фиолетовых кусочков прямо на землю.
Харнесесс взревел и ринулся в атаку, на ходу трансформируясь в боевую форму. Тонкая изящная ручка протянулась в его сторону — и верховный друид так и замер уродливой статуей, наполовину обратившись в ночного охотника. Остальные молча, в ужасе наблюдали.
— Даже смерти мало! За твои слова ты должен быть отправлен в мои личные покои и лизать мне ноги до скончания веков, жалкий червь! Благодари моё милосердие и твою роль в судьбе всех моих детей за то, что ты останешься жив! Позже я обязательно тебя накажу по-настоящему! Пока же… вот твоё наказание… Мой дар станет твоим проклятьем. До самого заката твоей земной жизни ты будешь носить его и никогда не снимать. Да будет так!