— Доброе утро. Как спалось? — съязвил мечник, тяжело дыша после разворота. — А мы тут вот скучаем. Может всё-таки присоединишься и развеешь нашу грусть?
После чего развернулся и слаженным единым движением поменялся с братом местами. Тот уселся на землю за спиной воина и стал молиться над своей булавой, призывая божественную силу. Его голос, тихий и монотонный, словно струился сквозь шум битвы, не смешиваясь с ним.
Маг ещё несколько мгновений стоял в полной растерянности, приходя в себя. Слишком много всего навалилось одновременно. Погружался он в медитацию под мирное сопение спящих старцев и равномерное потрескивание костра, на котором готовился ястреб. А вернулся в ревущий ураган битвы. Звон мечей, лязг вынимаемого оружия, топот сотен ног, пульсирующие волны охранного периметра.
Именно с этого он и начал. Снял заклинание периметра — оно только мешало сосредоточиться, сбивая концентрацию. Затем посмотрел на битву и определил, что подмога сейчас не помешала бы его подруге, для которой ближний бой был всё-таки скорее возможностью выжить, пока не разорвёт дистанцию, а не способом уничтожения противника. Он обратился к подсознанию, вытащил оттуда недавно изученные символы и выпустил в воздух сноп огненных искр, которые, миновав Элиандор, врезались в толпу врагов, сбивая их с ног, поджигая и сталкивая друг с другом.
Эльфийка на миг замерла, когда вокруг неё пронёсся ураган горящих светляков, и снова ринулась кромсать нежить, воодушевлённая тем, что принц наконец вступил в бой. Короткие клинки оказались слабым оружием против скелетов, но тратить драгоценные стрелы она не посмела, решив, пока есть возможность, отбиваться так. Недостатки оружия с лихвой компенсировались опытом.
Накатывающие волны неприятеля разбивались о стойкость защитников. Скелет человека с мечом попытался полоснуть лёгкую добычу. Стрелок низко пригнулась к земле, пропуская лезвие над головой, вогнала один клинок между костей руки, а другой — между позвонками на шее и резко крутанула оба, выпрямляясь на ногах. Скелет развалился, его место тут же занял другой. Пнув его в грудь ногой, воительница повернулась к следующему, ловко орудуя обеими руками, прошлась по слабым местам орка. Тонкие лезвия с лёгкостью рассекали суставы — уже через мгновение она оставила рассыпающийся скелет и шагнула к новому противнику.
Засмотревшийся на мгновение на смертоносный танец, Лазриэль пришёл в себя и заметил, что, пока скелеты рвутся в бой, не щадя себя, их лагерь постепенно обходят вокруг. Смутно различимые силуэты подбирались с фланга, едва заметные в ночной тьме за пределами лагеря. Эльф решил растянуть бой, не принимая его со всех сторон одновременно. Пришло время очередного заклинания, которое он ещё не пробовал применять. Достал из глубин разума символ, сделал все необходимые приготовления — и на краю лагеря прямо из земли стала расти настоящая стена. Усиленный поток маны заставил её вырываться с неимоверной скоростью. Когда размеры наконец удовлетворили создателя, мощная каменная защита полукругом перекрыла путь наступления. Лишь несколько зомби успели пройти. Огненные шары тут же испепелили двоих, третий, почти добравшийся до цели, был жёстко отброшен порывом ветра прямо за каменный барьер, в толпу сородичей.
Теперь с одной стороны их защищала стена, с другой — быстрое течение реки, а две оставшиеся погрязли в бою. Маг бегло осмотрел поле битвы, пытаясь понять, куда вклиниться, чтобы наиболее эффективно применить магические силы. Булава Иониса наконец засияла божественным светом, и, памятуя о том, как слаженно орудовали старцы в прошлом бою, эльф решил начать именно с них.
Мощная волна энергии, обогнув обоих бойцов, отбросила скелетов на несколько шагов назад. А следом пронеслась туча маленьких пылающих шариков, которые сбивали нежить с ног и поджигали, врезаясь в них. Искры Арфаэля замечательно справлялись с задачей. Братья воспользовались предоставленной паузой, встали плечом к плечу, и маг решил, что теперь может за них не беспокоиться. Прикрывая друг друга, мощные, проворные старики уничтожали любого, кто посмел подойти на расстояние удара. Зомби и скелеты никак не могли достать сработавшихся напарников, лишь складывая кости и черепа в кучу, что росла вокруг бойцов.