— Ладно, мы только что выкосили толпы скелетов, справимся и с этим отрядом, — храбрился маг, хотя сам чувствовал, что колодец маны почти пуст. — У меня осталось не так много маны, но выбора нет, и положиться нам придётся именно на неё — раз эти бойцы так опасны. Элиандор, готовь лук и стрелы, запрыгивай на стену, следи за нами и стреляй, если возникнет опасность. Андориус, можешь начинать молиться — твой свет нам сейчас был бы очень кстати. Ну а вы вдвоём должны во что бы то ни стало не подпускать их совсем близко. Я постараюсь нас вытащить.
Отряд находился уже в пяти десятках шагов. Рейнджер с ловкостью дикой кошки вспорхнула на вершину магической стены за спинами четвёрки. Апостол воздел руки к небу в немой мольбе и застыл прямо позади спутников. Воины встали наготове чуть впереди эльфа, а тот погрузился в глубины разума, извлёк оттуда символ огненного шара и стал накапливать энергию. Воскрешённые подходили всё ближе, маг не сводил с них глаз, концентрируя энергию в заклинании.
Буквально за миг до того, как строй нежити рассыпался, чтобы захлестнуть живых, мощный, гудящий сгусток пламени сорвался с рук эльфа и рванулся в самый центр отряда. Оглушительный взрыв оказался настолько силён, что разметал десятка два врагов. Поднялись из них всего половина, да и те отстали от основного удара. Десяток разномастных бойцов, которых не задело магией, перешли на бег. Им оставалось преодолеть лишь несколько метров, когда Лазриэль шагнул вперёд, исключая возможность зацепить стариков, и завершил ещё одно заклинание. Словно круги на воде, от ударившего о землю посоха, постепенно увеличиваясь, в сторону врага покатились одна за другой пять огненных волн, сжигая оживших орков, эльфов и людей без разбора.
Ещё один тёмный эльф был уничтожен струёй огня, а человек и ракшас сгорели в пламени дыхания дракона. До ближнего боя в итоге добрались лишь восемь воскрешённых. Когда первый из них был убит Птархиусом, божественный свет Андориуса наконец закончил схватку. Оставшиеся неживые воины просто рассыпались под его лучами.
— Кажется, мы снова выжили, — выдохнул Ионис, опуская булаву.
— Надеюсь, это была последняя атака, — обеспокоенно проговорил апостол, уже погасивший дар бога. Его лицо было бледным, под глазами залегли тени.
— Это было просто, — хохотнула так и не вступившая в бой с воскрешёнными лучница, хотя в её голосе слышалась неестественная бодрость. — Я могу ещё хоть сотню раз так биться.
— Боюсь, мы не сможем, — не оценил шутки еле стоящий на ногах, опустошённый боем эльф.
Последнее, на что его хватило, — раскидать охранный периметр, используя остатки маны. Обессиленный телом и духом маг рухнул прямо на землю и провалился в тревожный, беспокойный сон.
Лишь двенадцать часов спустя Лазриэль очнулся. Всё тело ныло, руки выкручивало, он чувствовал абсолютное опустошение. Колодец маны наполнился лишь жалкими крохами. Остальные уже сидели неподалёку, обсуждая произошедшее и дальнейшие действия. Возня со стороны спящего заставила разговоры в лагере разом стихнуть, взгляды обратились в сторону шума. Когда эльф подошёл, Андориус встал, горячо обнял его, похлопал по плечу и искренне поблагодарил:
— Спасибо тебе. То, что мы ещё живы, целиком твоя заслуга. Ты настоящий герой, — сказал апостол, и в его глазах блеснула неподдельная благодарность.
— Держи, поешь, повелитель пламени, — протянула ему жареное на костре мясо ястреба восхищённая лучница, и её голос звучал мягче обычного. — Тебе нужно восстановить силы.
Пока проголодавшийся маг с аппетитом жевал, спутники рассказали ему о ночной атаке. Апостол поднял тревогу среди ночи, они едва успели собраться, а поняв, что эльф глубоко в медитации и попытки разбудить его не приносят успеха, приготовились умереть вокруг него, отбивая атаки нежити. Когда же пришедший в себя маг обрушил на некросов пламенную бурю, он не только спалил тела умерших врагов, но и поджёг сердца живых союзников надеждой.
Когда эльф поел и немного отдохнул, верховный апостол предложил снимать лагерь и двигаться в обратном направлении.
— До заката ещё часа три. Учитывая, что в эту сторону мы прошли примерно на полчаса дальше, чем планировалось, как раз успеем вернуться туда, откуда начали, и разбить лагерь, — предложил он.
— Думаю, мы совершим ошибку, — возразил Лазриэль, откладывая в сторону обглоданную кость. — Нежить напала на нас именно здесь. Это значит, что либо Нер’зулГураб точно знал, что мы пойдём в этом направлении, либо враг наблюдает за нами прямо сейчас с какой-нибудь из гор или через волшебное зрение и направляет своих воинов, либо мы недалеко от цели. И если первые два варианта достаточно сложны, как я надеюсь, то последний вполне может быть правдой.