– Тогда буду клички обидные выдумывать, – хмыкнул седой. – Каждый день новую. Первую, так и быть, сам можешь выбрать.
– Своё имя не назвал, а моего требуешь! – Бурьян достал свёрток, вытащил кусок хлеба и отломил немного, не поворачиваясь к колдуну.
– Справедливо, – тот хмыкнул. – Вадим меня звать.
Бурьян сунул остатки хлеба назад в мешок и раздражённо выдохнул. Теперь у него на одну причину меньше не представляться. Но желания никакого так и не появилось. В конце концов не плевать ли?
– Бурьян, – выдавил он сквозь стиснутые зубы.
– Чего? – переспросил седой.
Не расслышал?
– Бурьян, – повторил громче.
– Слушай… – голос Вадима отчего то зазвучал как-то сдавленно, словно колдун устыдился. – Я ж пошутил про клички-то обидные…
– Не кличка это! – Бурьян вскочил на ноги, сильно сжав ломоть хлеба и обернулся на седого. – Имя моё настоящее!
Лицо колдуна сначала вытянулось от удивления, а потом на губах расплылась неприятная улыбка. Вадим звонко рассмеялся. Бурьян подавил желание швырнуть в наглеца куском хлеба – едой негоже раскидываться, а потому сердито откусил и принялся жевать. Поэтому он не любил представляться, но именем своим гордился.
– Это как же тебя родители ненавидели, что имя такое дали? – отсмеялся Вадим.
– На своё бы внимание обратил, – выплюнул Бурьян, забрасывая мешок на спину.
Разговаривать с колдуном отныне больше не хотелось. Вот бы Кшиштоф его убил и слугой своим мёртвым сделал, чтобы не слышать больше смех этот!
– Ну, меня мои родители не любили, – Вадим фыркнул. – А в тебе поди души не чаяли, раз злишься так? Тогда представить не могу, почему…
– Не твоего ума дело! – рявкнул Бурьян, направившись в лес.
Он не собирался распинаться перед таким невежей! Злость разливалась по венам, заставляя ускорить шаг, но он прекрасно слышал, что седой последовал за ним.
– Да не злись ты так, – Вадим нагнал быстро, ловко уворачиваясь от низких веток. – Не ожидал я просто…
Бурьян отвечать не торопился. Нужно просто привести его господину, и дело с концом. Не обязательно дружеские беседы вести. Он продвигался дальше, продолжая сердито жевать хлеб.
Какое-то время они шли молча, что помогло Бурьяну немного остыть. Новый знакомый не нравился ему теперь ещё больше. Не зря, видимо, родители этого седого Вадимом назвали. Врать парнишка точно любит. Но ничего. Господин Кшиштоф точно отучит его от этой вредной привычки. Пожалеет ещё, что за Бурьяном увязался. Но тут юноша остановился, уставившись на глубокие следы когтей на стволе ели. Они были свежими, а вокруг наблюдались следы огромных лап. Бурьян нахмурился. Как близко оборотень подобрался ночью? И где он сейчас?
– Повезло нам с тобой, что эта зверюга не напала, – рядом раздался весёлый голос Вадима, а потом смачный хруст.
Бурьян повернул голову и вскинул брови, видя, как седой ест бордовое яблоко. Ощущение будто они на прогулку вышли, а не рассматривали следы оборотня, который мог быть всё ещё рядом пускай и в человеческом облике.
– Где ты его взял? – выпалил Бурьян.
Мешка никакого у Вадима за спиной не было, вокруг деревьев таких не росло, но яблоко было достаточно осязаемым и аппетитно хрустело каждый раз, как седой надкусывал.
– В кармане, – просто ответил колдун.
– Издеваешься? – Бурьян недоверчиво опустил взгляд, рассматривая светло-коричневые штаны с небольшими карманами, в которые явно не поместилось бы что-то настолько крупное.
– Правду говорю, – Вадим продолжал есть. – Доказать?
Бурьян слабо кивнул, внимательно наблюдая за действиями колдуна. Тот запустил забинтованную руку в карман, порылся там, словно он очень глубокий, а потом выудил второе яблоко. Крупное, бордовое, свежее, будто только что с дерева сорвано. Седой вытянул руку, предлагая Бурьяну забрать плод. Неуверенно он взял яблоко в руки. Покрутил, рассмотрел со всех сторон, понюхал. Обычное ароматное яблоко, которое ну никак не поместилось бы в карман штанов Вадима! А если бы поместилось, то глупо топорщилось бы.
– У меня карман волшебный, – Вадим усмехнулся, довольный замешательством Бурьяна. – Что захочешь оттуда достану.
Седой задорно подмигнул, словно призывая Бурьяна попробовать. Он и правда ещё не видел подобной магии, но надменность нового знакомого колдуна страшно раздражала. Он явно хвастался способностями, пытаясь тем самым унизить Бурьяна, напомнить, что не так уж он и силён.