Номер Один вышел вперед, лязгнув когтями. Огоньки в его шлеме загорелись ярче. «Угроза. Высокая», — передал он мысленный сигнал.
Но они не видели ни зверей, ни людей. Внутри Бастиона царил мрак и холод. Коридоры были огромными, рассчитанными на гигантов в силовой броне. На полу лежал толстый слой пыли, не тронутый ничьими следами. Они прошли в центральный зал. Здесь, в луче света, падающем сквозь пробитый потолок, стоял трон. Или капитанское кресло.
А на троне сидел Он. Это был скелет в полном латном доспехе. Доспех был древним, покрытым патиной и мхом, но не ржавым. На груди была выбита эмблема: расколотый щит. В руках скелет держал огромный двуручный меч, упертый острием в пол.
Рэн сделал шаг вперед. Воздух в зале внезапно стал тяжелым, как свинец. Давление ударило по ушам. Это была не физическая сила. Это была Аура. Мертвец на троне не двигался, но его присутствие заполняло зал. Это была душа такой мощи, что она не рассеялась за триста лет. Она впиталась в доспех и меч, превратив их в проклятый артефакт.
— Уходим, — проскрежетал Номер Один. Впервые Рэн почувствовал от своего солдата что-то похожее на страх. Инстинкт самосохранения маленькой души (Крысы) вопил при виде высшего хищника.
— Нет, — Рэн упрямо мотнул головой, преодолевая тошноту. — Мне нужна эта база. И мне нужен он.
Он достал Черный Нож. Фиолетовое сияние клинка было единственным, что противостояло давлению ауры. — Я Рэн, Кузнец Душ! — крикнул он в пустоту зала. — Я пришел занять это место!
Тишина. А затем в голове Рэна раздался голос. Не примитивные образы, как у Номера Один. И не жадный рык Ножа. Это был человеческий голос. Усталый, низкий, полный презрения.
«Еще один мародер. Еще один червь, пришедший обглодать мои кости».
Скелет не шевелился. Но меч в его руках начал мелко дрожать. Пыль посыпалась с лезвия.
«Уходи, мальчик. Или оставайся навсегда. Мое бдение не окончено».
— Война закончилась триста лет назад! — крикнул Рэн. — Твои короли мертвы! Твоя крепость упала!
«Клятва не умирает», — ответил голос. — «Я охраняю этот рубеж. И я убью любого, кто пересечет черту».
Перед троном, на полу, была едва заметная линия стыка плит. Рэн понял: если он переступит её, мертвец встанет. И этот мертвец был не чета бандитам или волкам. Это был воин древности. Один взмах этого двуручника разрубит Номера Один пополам вместе с Рэном.
Рэн был слаб. У него был только один солдат-утиль и нож с двумя мелкими душонками. В честном бою он труп.
Но Рэн был кузнецом. Он смотрел не на врага. Он смотрел на материал. Он видел, что доспех капитана треснут на плече. Он видел, что меч имеет скол. Душа была сильной, но сосуд был поврежден временем.
— Твой доспех треснул, — сказал Рэн спокойно, убирая нож в ножны, чтобы показать, что не атакует. — Твой меч затупился. Ты силен духом, но твое железо устало. Еще одна битва, и ты рассыплешься в прах. И тогда твоя клятва будет нарушена.
Давление в зале слегка ослабло. Призрак слушал.
— Я могу починить тебя, — продолжил Рэн. — Я знаю Черное Пламя. Я могу перековать твой доспех. Я могу дать тебе новое тело, которое выдержит вечность.
«Ты предлагаешь мне служить тебе? Мальчишке, от которого пахнет углем и страхом?»
— Я предлагаю сделку, — Рэн сделал шаг, но не пересек черту. — Ты позволишь мне жить здесь. Ты будешь охранять этот зал, как и раньше. А я буду чинить тебя и давать тебе силу. Когда я стану сильнее... мы поговорим о службе.
Тишина длилась минуту. Рэн чувствовал, как по спине течет холодный пот. Наконец, голос прозвучал снова. В нем было меньше презрения и больше мрачного любопытства.
«Дерзко. Угольщик торгуется с Генералом. Хорошо. Живи в тенях, крысеныш. Но не смей трогать мой меч. И если ты приведешь врагов, с которыми не справишься... я убью тебя первым, чтобы ты не мешал мне сражаться».
Давление исчезло. Скелет остался сидеть неподвижно. Просто груда старых костей и железа. Но Рэн знал: в этом железе спит монстр.
Рэн выдохнул и осел на пол. Ноги дрожали. — Мы остаемся, — сказал он Номеру Один.
Они заняли боковые помещения Бастиона. Здесь были старые склады, сухие и защищенные. Рэн получил базу. И он получил соседа, который мог убить его в любой момент. Но Рэн улыбался. Он смотрел на неподвижного рыцаря на троне как на заготовку. «Ты гордый, — думал Рэн. — Но однажды я подберу ключ к твоему имени. И тогда ты встанешь под мое знамя».
В ту ночь Рэн спал в безопасности. Ни один мародер, ни один зверь не сунется в Бастион, пока его охраняет Призрак Генерала. Но Рэн знал, что это лишь передышка. Ему нужно было найти еду. Ему нужно было больше металла. И ему нужно было узнать, кто жил в этих стенах, прежде чем они стали гробницей.