Сверху, как молния, упал Номер Два. Он не бил клинками. Он использовал Рывок Ветра, чтобы ускорить падение тяжелого металлического лома, который он сбросил с крыши. Лом, разогнанный магией, вошел точно в паровой котел за спиной Барона.
БАХ!
Взрыв пара был ослепительным. Котел разорвало. Кипяток и перегретый пар ударили Барону в спину, проникая под доспехи. Барон закричал. Этот крик был человеческим, полным боли. Его кожа варилась заживо внутри железной скорлупы. Механическая рука замерла, лишившись энергии.
Рэн перекатился, схватил Черный Нож и вскочил. Барон упал на колени, из его доспехов валил белый пар. — Ты... — прохрипел он.
Рэн подошел к нему. — Твоя технология устарела, — сказал он.
Удар в смотровую щель маски. Нож вошел в глаз. Душа Барона — тяжелая, маслянистая, полная жадности и инженерного гения — втянулась в клинок. Это была Сильная Душа. Душа создателя.
Рэн выдернул нож. — Стоять! — крикнул он, поднимая окровавленное оружие. — Ваш Лорд мертв!
Наемники Барона замерли. Механические псы, лишившись командного сигнала с пульта Барона, остановились. В Гроте действовал простой закон: кто убил босса, тот новый босс.
Наемники переглянулись. Их было больше, но они видели, что сделал этот парень. И они видели его монстров, которые, несмотря на потери, снова поднимались с пола (Рэн уже начал вливать в них новую ману).
Один из наемников бросил меч. — Грот принадлежит победителю, — буркнул он.
Рэн тяжело дышал. Он оглядел поле боя. Половина его скелетов была уничтожена. Номер Один был сильно помят. Но он победил. Теперь у него был Ангар. У него были остатки банды Барона. И у него была душа Инженера.
Он посмотрел на дымящийся труп Барона. «Пневматика...» — подумал Рэн. — «Если я совмещу некромантию с механикой... Я смогу создавать монстров, которые не устают и бьют как паровой молот».
Это была новая ступень эволюции. Техно-Некромантия.
Глава 18: Сердце Механизма
Труп Барона Шестерни остывал посреди Ангара. Пар из его разорванного котла осел конденсатом на стенах, смешавшись с копотью и кровью. Рэн стоял над поверженным врагом. В его руке пульсировал Черный Нож, переваривая тяжелую, маслянистую душу инженера.
Рэн чувствовал знания Барона. Схемы, чертежи, давление в клапанах. Это было полезно, но... это казалось примитивным для его целей. — Железо, которому нужен пар, — это костыль, — пробормотал Рэн. — Настоящая сила не должна зависеть от кипяченой воды и угля.
Он подозвал Номера Один. Гигантский скелет в латах, изрубленный в бою, подошел, хромая. Его левая рука (та, где был топор) была почти оторвана ударом Молота Барона и висела на честном слове. Рэн осмотрел повреждения. — Мы починим тебя. И сделаем сильнее. Но это будет последний раз, когда я использую шестеренки.
Рэн снял с трупа Барона его главную гордость — Пневматический Кулак. Это была сложная, тяжелая конструкция из поршней и гидравлики. Рэн не стал копировать весь костюм. Он взял только суть — механизм удара. Он отсек поврежденную руку Номера Один и вмонтировал на её место механизм Барона. Но вместо парового котла (который был громоздким, шумным и уязвимым) Рэн использовал Магический Привод.
Он взял один из синих слитков мифрила, добытых у каравана. Расплавил его в тигле и залил в каналы поршня вместо гидравлического масла. Затем он коснулся механизма Черным Ножом, вливая часть души Барона прямо в руку.
— Работай, — приказал Рэн.
Мифрил в каналах вспыхнул холодным синим светом. Душа инженера, запертая в металле, инстинктивно поняла задачу. Она заменила собой пар. Магия стала давлением. Поршень сжался с тихим, хищным шипением, а не с грохотом пара. Номер Один поднял новую руку. Это был огромный стальной кулак, способный пробивать крепостные стены.
Он ударил по воздуху. БАМ! Ударная волна подняла пыль с пола. Без пара. Без огня. Только чистая кинетическая энергия, рожденная магией и механикой.
— Это твой предел, — сказал Рэн солдату. — Больше никакой механики. Дальше мы будем искать тех, кто управляет стихиями напрямую.
Вечером Рэн вышел к наемникам Барона, которые сгрудились у ворот Ангара, ожидая своей участи. Их было около двадцати. Живые люди, напуганные и злые. Рэн снял капюшон. На его лице играли отсветы горна.
— Барон мертв, — сказал он просто. — Грот теперь мой. Он бросил им тяжелый мешок с золотом, найденный в личных сундуках Барона. — Это ваша плата за прошлый месяц. Я знаю, что Барон задерживал жалование.
Наемники закивали, жадно глядя на монеты. Золото делает людей сговорчивыми и забывчивыми. — Я нанимаю вас, — продолжил Рэн. — Вы будете охранять периметр. Вы будете собирать налог с рынка и следить, чтобы никто не лез в мои дела. Но внутрь Ангара — ни ногой. То, что происходит здесь, касается только мертвых.