— Ты... — выдохнул бандит.
Рэн ударил его коленом в лицо. Хруст носа был отвратительно громким. Скиннер отлетел к наковальне, сплевывая кровь.
В этот момент сзади на Рэна прыгнул Крыса. Короткий меч целился под лопатку. — Сзади! — прохрипел Гарм с пола.
Рэн развернулся. Он не видел удара, он его почувствовал. Нож в его руке завибрировал, предупреждая об опасности. Рэн махнул рукой вслепую, наотмашь. Черное лезвие рассекло воздух, оставив за собой фиолетовый шлейф. Оно прошло сквозь меч Крысы, словно тот был сделан из стекла. Клинок бандита разлетелся на осколки. А нож Рэна вошел Крысе в горло.
Бандит захрипел, хватаясь за шею. Вторая жатва. Рэн почувствовал новый прилив холода. Душа Крысы была мелкой, трусливой, суетливой. Она впиталась в нож мгновенно. Рэн посмотрел на лезвие. На черном металле проступил новый узор — тонкая красная линия, похожая на капилляр. Оружие менялось. Оно эволюционировало.
— Неплохо, — раздался голос Скиннера.
Главарь стоял, опираясь на наковальню. Его лицо было залито кровью, но он улыбался. В другой руке он держал стилет. — Ты быстрый, парень. И твоя железка голодная. Но ты совершил ошибку.
— Какую? — спросил Рэн, чувствуя, как адреналин сжигает страх.
— Ты думаешь, что убив нас, ты решишь проблему. — Скиннер сплюнул зуб. — Но Гильдия Ростовщиков — это не три человека. Это спрут. Мы — всего лишь щупальце. Отрежешь одно — вырастет два.
Скиннер выпрямился. В его позе было странное достоинство человека, который знает, что умрет, и принимает это как часть контракта. — Я жил насилием, — сказал он. — И умру от него. Это честная сделка. Но ты, мальчик... Ты только что подписал контракт кровью. Теперь за тобой придут не коллекторы. За тобой придут Чистильщики.
Он бросился в последнюю атаку. Без крика. Просто резкий, профессиональный выпад в сердце. Рэн встретил его удар. Черный нож против обычной стали. Скиннер был хорош, но Рэн был быстрее. Сила двух душ направляла его руку. Он отвел удар Скиннера в сторону и вонзил клинок ему в грудь.
Скиннер вздрогнул. Он посмотрел на Рэна почти с уважением. — Беги... — прошептал он, когда жизнь начала вытекать из него. — Беги, пока Орос не сожрал тебя... как я жрал других...
Тело главаря осело на пол. В кузнице воцарилась тишина. Три трупа. Три души, запертые в черном металле. Рэн стоял, тяжело дыша. Его руки тряслись. Это была не дрожь страха, а "отходняк" от передозировки чужой энергией. Ему хотелось кричать. Ему хотелось убить кого-то еще.
— Рэн...
Голос Гарма вернул его в реальность. Старик лежал у стены. Его лицо было серым. Удар Борова, похоже, сломал ему ребра, и, возможно, повредил что-то внутри. Изо рта мастера текла тонкая струйка крови.
Рэн бросил нож (тот упал с тяжелым, глухим стуком) и подбежал к учителю. — Мастер! Нам нужно уходить. Я помогу вам...
— Стой, — Гарм схватил его за руку. Хватка была слабой, но настойчивой. — Мне уже некуда идти, парень. Мои легкие полны крови. Я чувствую это.
— Не говорите так! Я отнесу вас к лекарю...
— К какому лекарю?! — Гарм закашлялся. — У нас нет денег. А теперь, когда здесь лежат три трупа Гильдии... любой лекарь сдаст нас страже за награду.
Гарм посмотрел Рэну в глаза. Впервые за годы Рэн не увидел в них мути алкоголя. Взгляд старика был ясным и печальным. — Слушай меня. Времени мало. Он указал дрожащим пальцем на старый, заброшеннй воздуховод в углу кузницы, заваленный хламом. — Там. За кирпичом с трещиной. Достань.
Рэн кинулся к углу. Он разбросал старые меха, выковырял шатающийся кирпич. В нише лежал сверток, обернутый в промасленную кожу. Рэн принял сверток дрожащими руками. Кожа была старой, потрескавшейся, пропитанной маслом, чтобы защитить содержимое от сырости. Он развернул её. Книга была тяжелой, словно отлитой из свинца. Обложка из черного металла, холодная и шершавая, была скреплена кольцами. На ней не было названия, только выгравированный символ: Наковальня, расколотая черепом.
— «Кодекс Мертвой Стали», — повторил Гарм. Кровь пузырилась на его губах, но голос звучал на удивление твердо. — Я украл его из библиотеки Архимага, когда мне было двадцать. Я думал, что смогу изменить мир. Я думал, что смерть — это просто дефект материала, который можно исправить перековкой.
Гарм закашлялся, его лицо исказила гримаса боли. Рэн хотел дать ему воды, но старик отмахнулся. — Слушай! Времени нет. В этой книге — чертежи. Не мечей и не лат. Это чертежи Душ. Как привязать призрака к стали. Как заставить металл думать. Как создать армию, которая не ест, не спит и не предает.