— Кто спрашивает?
— Моё имя Эйлин, я служу первому министру. Темнейший велел встретить вас, и сопроводить в королевский замок.
Эйлин был длинным и худым. Лет сорок. Орлиный нос, глубоко посаженные глаза. Коротко стриженые волосы, гладко выбритое лицо. Одет Эйлин был в дешевый на вид камзол из серой парчи.
— Милейший, — он кинул стоящему рядом носильщику золотой и добавил: — доставь вещи этого господина в замок.
На выходе из порта их ожидал паланкин и слуги.
«Первый министр знает толк в гостеприимстве», — отметил про себя Кард, забираясь в носилки. Эйлин залез следом и сел напротив.
— Я никогда не видел некромантов. Каков он? — поинтересовался мастер.
— Первый министр, велик — восторженно ответил Эйлин. — Он никогда не спит и не покладая рук работает на благо государства.
— А правда, что он выглядит, — Кард замялся, пытаясь подобрать более подходящее слово.
— Как скелет? — усмехнулся Эйлин. — Это правда, первый министр лишен плоти.
В детстве, Терик–хиз Карда пугали сказками про ужасных некромантов, которые способны похитить душу человека и вечность держать её в рабстве. Однако Эйлин, отзывается о своём господине с восторгом. «Может быть, он и не так страшен?» — пронеслось в голове мастера.
Паланкин остановился.
— Мы уже на месте? — удивился мастер.
— Вообще–то нет… — Эйлин отодвинул занавеску, но тут раздались крики и носилки рухнули. Не успел Кард опомнится, потолок пронзил клинок и вошёл в голову Эйлина. Брызнула кровь, его глаза закатились, а тело забилось в конвульсиях.
Мастер выскочил из паланкина и бросился прочь.
Кто–то выкрикнул: — держи его!
Над головой засвистели стрелы. Не останавливаясь, Кард машинально пригнулся и на первом же повороте, юркнул вправо, оказавшись в узком проулке.
Выглянув из–за угла, он увидел: как в его сторону бегут два эльфа с обнаженными мечами. Кард машинально бросился наутёк. Петляя узкими улочками, мастер бежал и бежал, пока ему не удалось оторваться от преследователей.
Он остановился и попытался отдышаться.
— Мастер, сюда.
Кард обернулся на голос: в нескольких метрах от него стоял человек в балахоне с накинутым капюшоном.
— Кто вы?
— У нас мало времени, они уже близко, — ответил незнакомец. Он распахнул дверь дома, рядом с которым стоял и добавил: — лучше поторопитесь. Больше шанса избежать гибели у вас не будет.
Кровь стучала в висках, сердце готово было вырваться из груди. Такого страха Терик–хиз Кард никогда еще не испытывал. Он решил довериться незнакомцу и последовал за ним.
В жилище стоял мрак. Свет пробивающийся через единственное окно, освещал лишь часть комнаты.
— Почему те эльфы напали на меня?
— Они служат бывшему первому министру Кордо, — ответил незнакомец. Он подошел к стоящему у окна столу и жестом, пригласил мастера присесть.
— Но зачем ему убивать меня? — Кард недоумевая, подошел к столу.
— Чтобы Фаросская гильдия ополчилась на действующего первого министра. Фелимер, давай.
Из–под стола выскочил гном и вогнал в ногу Карда кинжал. Мастер вскрикнул от боли. Он попятился, о что–то споткнулся и упал. Гном запрыгнул на Карда и полоснул кинжалом по горлу.
Так закончилась жизнь Фаросского мастера Терик–хиз Карда.
16. Некромант.
— Что?! — рявкнул Лёнчик, ударив по столу кулаком. — Как убит?! Среди бела дня?! Что за бардак творится в городе?!
Новость о гибели мастера из Фрадосской гильдии, застала его в кабинете Фелимера. Дедал, алхимик, начальник тюрьмы и некромант обсуждали способы укрощения знати, которая после того как напавшие на тюрьму скрылись, стала открыто высказываться против действий первого министра.
— На них напали в глиняном квартале, — развел руками Эгиох. — Прежде чем стража подоспела, всех перебили. А Фрадосский эмиссар был найден обезглавленным в одном из домов, неподалёку от места нападения. Очевидцы снова говорят об эльфах. На сей раз, их было четверо.
«Против меня уже целая террористическая ячейка действует», — расстроено подумал Лёнчик. Решая одну проблему, он создавал две новых. Его власть таяла на глазах. После случая с Виорой, король всячески избегал некроманта. Часть знати также не одобрила изгнание матриарха.
Потом нападение на тюрьму, а теперь убийство Фрадосского эмиссара. Мало того, что это отличный повод для войны, это плевок в костяное лицо Лёнчика.
«Нужно что–то делать, — потирая подбородок, размышлял некромант. Он сидел за столом Фелимера. Остальные стояли молча, не осмеливаясь проронить ни слова. — Показать силу всем этим высокомерным мразям, чтобы они знали: хочешь трепать языком, будь готов платить. И королёк, этот напыщенный выродок, надо дать ему понять: пойду на дно я, пойдёт и он. Будут им репрессии и тридцать седьмой год».