Некромантка сделала приглашающий жест рукой и продолжила есть.
Альва исподлобья уставилась на Колтрина, напыжилась, нахмурилась, напрягла мышцы, поняла, что даже близко ничего не получается и выдохнула.
Светлый рассмеялся.
— За руку его сначала возьми, — сказала Велия, с осуждением поглядывая на Колтрина. — Даже самый лучший альдор в момент захвата власти должен мага коснуться. Кстати, можно еще взять у мага кровь и тогда достаточно будет коснуться ее. Как раз из-за этого никакой здравомыслящий маг свою кровь никому не дает. Ну, а нам кровь не нужна, у нас есть целый живой Колтрин, так что вперед. И работай сознанием, не телом. Ты видела, чтоб я мышцы во время колдовства напрягала? — спросила Велия и задумалась. — Нет, ну бывает, конечно, — призналась она, — но я и маг, прямо скажем, не самый лучший. Проскакивает. А вообще так делать не надо. Расслабься. Закрой глаза. Выдохни. Мысли, представляй, чувствуй, понимай, как это сделать лично тебе.
Альва послушно взяла Колтрина за руку, закрыла глаза, еще раз выдохнула и перестала напрягаться.
— Нет, не выходит, — сказала она, помолчав минуту и отпуская руку светлого. — Я ничего такого не чувствую.
— Тогда пока не надо. Можешь для начала попробовать увидеть нас с закрытыми глазами, это легче, — посоветовал Колтрин, и треснул камнем по очередному ореху. — Не буквально увидеть, конечно, а скорее узреть нашу сущность. Закрой глаза и вперед.
Альва снова послушно попыталась сосредоточиться.
— А это вообще нормально, что маги меня пытаются альдорским штучкам научить? — приоткрыла она один глаз.
— Нормально, — махнула рукой некромантка. — Принципы тут одинаковые. Да и мы тебя пока ничему толком не учим. Ты это все уже умеешь, просто не пробовала. Расслабься и сосредоточься на том, что хочешь сделать.
Альва вздохнула, легла на землю и снова закрыла глаза. Сидя как следует не расслабишься. Главное не заснуть.
Темно. Сквозь веки пробивается дрожащий свет костра. Перед глазами поплыли мириады мелких звездочек. Потоки звезд проплывали мимо, закручиваясь в спирали. Альва засмотрелась на эти потоки. Через некоторое время сквозь них начали пробиваться нечеткие человеческие фигуры. Альва даже не сразу поняла что это, ведь в ее распоряжении были только размытые очертания. Постепенно очертания стали четче, и она распознала в них силуэты сидящих у костра людей. Самая яркая мужская фигура светилась белым светом, с голубоватым отливом, и вся была испещрена бирюзовыми прожилками. Вторая не светилась, а скорее просто была окрашена в коричнево-красный цвет с ярко бордовыми пятнами странной формы. Стало ясно, что это Колтрин и Ренс. Фигура Велии окрашена в темно-серый цвет с синеватым отливом, с черными прожилками и охвачена слабым, неравномерным, вспыхивающим то там, то тут свечением. Цвет свечения Альва так и не смогла определить, но он был точно не белым.
В голову пришла идея посмотреть на саму себя. Сначала было неясно, как это сделать, но разыгравшийся не на шутку интерес заставлял мозг работать активнее. Получилось не сразу, но, в конце концов, Альва мысленно поднялась вверх на несколько метров и нашарила взглядом свою фигуру. Если остальные на черно-звездном фоне выделялись яркими пятнами, то она сама представляла собой фигуру абсолютно черного цвета, без свечения, без оттенков. Сплошная чернота. Такая непроглядная тьма внушала страх. Разволновавшись, Альва потеряла концентрацию, перестала что-либо видеть и открыла глаза.
— Что я сейчас видела? — взволнованно спросила она, пытаясь сесть, но тут же прекратила попытки. Голова нещадно закружилась.
Колтрин нахмурился.
— Странная реакция. Вроде там ничего страшного быть не должно.
— Эм... Да. Просто мне совсем не понравилось видеть саму себя.
Велия хмыкнула.
— А ты что хотела? Это было сущностное зрение. А ты — альдор. Отвратнее сущности не придумаешь.
Альва расстроилась еще больше.
— Не переживай, обычная у тебя сущность, — успокоил Колтрин, укоризненно поглядывая на Велию. — У сущности любого человека есть цвет, иногда свечение, довольно сложная внутренняя структура. Ты видела сейчас внешнюю оболочку. Вот у нас с Велией есть магия, поэтому мы светимся. У Ренса ее нет, поэтому он не светится, у его сущности только цвет. Подозрительный, кстати.
Ренс исподлобья уставился на светлого.
— А ты — противоположность магу, — продолжил Колтрин. — Поэтому у тебя такая сущность. Но это ничего не значит. Черный цвет не означает, что ты плохой человек. По твоей внешней оболочке вообще ничего нельзя понять. У остальных можно что-то понять, но поверхностно.
— А можно и не поверхностно? — заинтересовалась Альва.