Ну что ж. Все плохое рано или поздно уравновешивается хорошим. Ив это знал и, может, поэтому никогда не позволял обидам и печалям поймать себя за шиворот.
Пусть сперва догонят!
По пути домой – и дома – совсем полегчало, да и сон помог очистить голову от всякой поучительной ерунды. Проснулся Ив уже бодрее и отмахнулся, едва отголоски недавнего разговора противно застучались в память. Вместо этого вспомнил триумф: сияющие лица актеров и зрителей, цветочный вихрь, гром аплодисментов. Поднявшись, посмотрел сквозь широкое панорамное окно на золотистый рассвет, в сонном мареве которого лиловели ажурные силуэты домов, плескалась рябь Грибоедовского канала. Этот славный вид всегда его воодушевлял, даже и в дни по-настоящему скверные, вот и теперь он довольно улыбнулся, ненадолго зажмурился, греясь в рассветных лучах.
Да как вообще жить эту жизнь, если не улыбаться, нет, не хохотать, пусть иногда и гомерически, вопреки всему?
Есть пока не хотелось, а хотелось окончательно взбодриться. Так что пока он закутался в любимый солнечно-желтый халат, мягкий и плюшевый, сварил себе самый крепкий кофе из возможных, обильно сдобрил корицей, набил трубку – и примостился на широком диване у окна, так, чтобы на кожу падал утренний приветливый свет. Мысли предательски метались, задержаться ни на чем не могли, слова Алхимика все еще чуть жглись, не обидой, но досадой, и срочно, срочно требовалось на что-то отвлечься.
Рука рассеянно зашарила по подоконнику – извечному месту гнездования газет. Они там постоянно прибавлялись, так как плодились быстрее, чем Ив до них добирался, и иные важные новости попадали к нему уже слегка несвежими, если не сказать протухшими. Но сегодня повезло: выцепил газету почти что новенькую, ну, по крайней мере, вчерашнюю. Разложил на коленях, бездумно зашуршал полосами, вслушиваясь в мерный и ленивый ход громадных напольных часов с кукушкой…
Такс-такс.
Глаз вдруг поймал крупный крикливый заголовок, несомненно, для того и предназначенный – цеплять праздных гуляк с крайне рассеянным вниманием. Ну правда же, состряпали на совесть, лучше не придумаешь! Ив расхохотался и пообещал себе дочитать уже на этих крупных зазывных буквах:
НА ДОРОГУ В КОШАЧИЙ РАЙ.
И картинка еще прехорошенькая – совершенно голый, насмешливо скалящийся кошачий череп в ажурной такой виньетке с цветочками. Ив одобрительно хмыкнул и поудобнее устроил ноги на мягкой банкетке. Определенно, не обошлось без какого-то редакционно-издательского чародейства. Вот умеют же! И то ли еще будет, когда придут в редакции чародеи, умеющие эти самые картинки оживлять. Вроде такие есть.
Чудовищная комедия развернулась в уезде под Новониколаевском: к девушке по ночам приходила покойная кошка и просила класть монеты себе на глазницы. Десятки рублей унесла кошка с собой, пока…
Ого! Ив оживленно заерзал, схватил чашку, жадно хлебнул и опять уткнул нос в газету. Дельная история, не чета обычному мусору про быка, который внезапно оказался дойным, или про двух девиц, устроивших из-за ухажера-поэта дуэль на вилках, или вот недавнее, про машинистов Уссурийской железной дороги, которые якобы на полном ходу поезда, прямо из кабин ведут охоту на оленей и фазанов… Нет, байка о кошке была куда увлекательнее. Ив с удовольствием продолжил чтение.
Десятки рублей унесла кошка с собой, пока девушка не отважилась проверить ее могилку… Тревожная картина ожидала барышню: от могилы к озеру тянулся зловещий след…
Так-так! Ив еще глотнул кофе, а про трубку забыл напрочь.
…след лодки, в которой сидела почившая кошка. И сказала кошка барышне…
Ив буквально дыхание затаил, но надолго его не хватило: первый смешок слетел с губ, полыхнул почти ослепительно в рассветном солнце – и загремел довольный хохот.
Ты меня раскусила. Мне были нужны деньги на дорогу. Но не в царство мертвых. Я богатая и уплываю в Париж!
Боже! Ив аж хлопнул себя по лбу, а потом взбудораженно взъерошил волосы, чуть не сбив попутно пару папильоток. Да кто это придумал? Гениально же! То ли сумасшедший, то ли самородок, нет, намного лучше – сумасшедший самородок, у которого… который…
У которого – и от которого – наверняка одни проблемы.
На этой мысли постная физиономия Алхимика опять мелькнула перед глазами, укоризненный перст приподнялся, но Ив только фыркнул, вдохновенно шелестя газетой. Вот. Вот чем я тебя удивлю, друг любезный, начальник почтенный! Живой, настоящий некромант, срочно, срочно надо познакомиться! Ты только посмотри, какой вырисовывается персонаж…