Я же наконец отошла от шока. Этот синеглазый тип — брат Императора? Ну да, конечно, я знала, что у правителя есть брат, но никогда его не видела. Значит, Демиан... Я тряхнула головой, отбрасывая ненужные мысли. Брат Императора тем временем вызвал целителей, которые пытались облегчить боль ароматическими благовониями. Воздействовать магией или зельями было нельзя — мог произойти опасный резонанс с ядом. На меня бросали косые взгляды, но не решались ничего сказать.
Мое присутствие здесь было больше не нужно. Если бы они с самого начала просто сказали мне, в чем дело, я бы просто дала противоядие на кладбище, и они бы справились сами.
Я окинула взглядом роскошную комнату, выполненную в багрово-золотых тонах, с парой кресел и тремя дверями. Мы вошли через центральную. Направлюсь в правую. И оказалась в шикарной ванной комнате с двумя бассейнами. Из одного поднимался пар — горячая вода. Во втором, видимо, была холодная. Присутствовала и обычная мраморная ванна. «Если я помоюсь в покоях Императора, меня не казнят?» Быстро привела себя в порядок, смыла грязь и переоделась в чистое. Грязную одежду запихнула обратно в пространственный карман.
Выйдя из ванной, я увидела, что на меня по-прежнему не обращают внимания: целители сосредоточенно намешивали благовония, а Демиан, бледный, сжимал руку своего старшего брата, который все так же хрипел.
Решила проверить левую дверь. Там оказалась уютная гостиная с мягкими коврами, кожанными диванами и низким столиком посередине. Горячая вода окончательно меня расслабила, поэтому я забралась на ближайший диван, свернулась калачиком и провалилась в сон под приглушенные хрипы Императора и шепот лекарей.
**Демиан**
Эдуард наконец затих. Больше не было ни душераздирающих криков, ни хрипов, он больше не выгибался в немыслимых позах. Теперь его лицо выражало покой, а дыхание было ровным. Действие противоядия той девицы закончилось, и теперь лекари могли заняться восстановлением его организма. Они подлатали пострадавшие вены, стабилизировали ауру, вылечили сорванное горло и удалились. Теперь Император просто спал. Впервые за эти двое суток. А у Демиана, образно говоря, появилась седина.
Каким же всепоглощающим был ужас, когда он узнал, что все монстрологи внезапно скончались. Их и так было — раз-два и обчелся, а теперь и вовсе осталась одна-единственная. Девица, да еще и не доучившаяся.
Он был готов растерзать эту ведьму, когда увидел, что ее зелье делает с братом. И лишь спустя время до него дошло — лекарство работает! Двое суток лучшие лекари империи боролись за жизнь Эдуарда, но могли лишь замедлить яд, а эта «белая» справилась парой капель какого-то снадобья! Невольно он проник к ней уважением и даже чувством благодарности.
Кстати, где она? Отвлекшись от брата, он оглядел спальню — девчонки нигде не было! Сбежала? Куда она могла деться?!
Мужчина вскочил и метнулся к выходу. Затем резко остановился, вспомнив про след ее ауры, по которому они нашли ее на кладбище. Он активировал поисковое заклинание, и... Девчонка оказалась в гостиной. Стрелой преодолев оставшееся расстояние, он застыл на пороге, сердце почему-то бешено колотилось в страхе, что ее там не окажется.
Она была здесь. Успела переодеться в чистое и, свернувшись клубком, спала на одном из диванов. Замерев, Демиан пытался понять, что он сейчас испытывает — привычное раздражение или невольное восхищение наглостью этой спящей особы?
Он осторожно присел на край дивана рядом с ней. Пальцы сами потянулись к пряди ее белых, прямых волос, с редкими вкраплениями серебристых прядок. Волосы были еще влажными после душа. Неужели она осмелилась помыться в личных покоях Императора?! Хотя... пожалуй, ей можно, после того, что она сделала для короны.
Тихо прошептал заклинание снятия иллюзий. Цвет волос не изменился. С сердитым шипением он произнес более сложное, раскрывающее истинную суть, заклинание. Волосы слабо вспыхнули серебристым светом, который погас, не изменив их белизны. С изумлением он уставился на ту же белоснежную прядь. Не соврала. Действительно белые... Сколько раз эта девушка успела его удивить за такой короткий срок?
На мгновение его даже кольнула совесть за свое поведение, но чувство быстро прошло. Он просто спросит, чем может отблагодарить ее за спасение брата, и точка.
А в чистоте и без слоя грязи она смотрелась... даже ничего. Слишком бледная, конечно, и одежда на ней висела, словно на вешалке, — дорогая, но явно не по размеру. Зато... пухлые губы, прямой, с легкой горбинкой нос, длинные ресницы, тонкие, удивительно изящные брови. Демиан не знал, что у девушек бывают такие... аристократические брови. Может, он даже лично ее отблагодарит, по-особому, если она, конечно, захочет. И ему вдруг очень захотелось, чтобы она захотела.