Мы вышли на паркет и сразу направились к танцующим парам. Танец начался. Сначала музыка была спокойной, мы двигались медленно, даже томно, дразня друг друга взглядами и легкими прикосновениями.
– У вас такие холодные руки, – прошептал мужчина, когда мы сблизились. – Надеюсь, я смогу их согреть.
Ответить я ничего не успела – музыка взорвалась ритмом, начался новый этап танца. Меня оттолкнули, потом снова притянули и наклонили, заставляя выгнуться в спине, откинув руку назад. Мужчина вел великолепно, направлял, подчиняя мое тело каждой ноте. Когда музыка затихла, инициативу взяла я, применяя силу; он подчинился, чтобы не испортить танец.
– Я же вам этого не прощу, – прошептал он мне, когда я притянула его к себе, но он резко перехватил инициативу, повернул меня спиной к себе, прижал, вытянув руку, слегка изменяя движения. Я изящно выкрутилась из его хватки и снова попыталась взять верх, заламывая ему руку и заходя за спину, что тоже не входило в каноны танца, но в ритм мы попадали идеально.
– А придется, – прошептала я ему в ответ, а он резко развернулся, крутанув меня. Снова грохот музыки, взрыв эмоций. Он поднял меня за талию над головой, кружа, и мне пришлось расправить руки, чтобы сохранить равновесие, и выгнуть спину. Затем, в очередной такт, я нырнула вперед, ему за спину, раздался испуганный вздох зрителей, но я, дико выгнувшись, приземлилась на ноги, снова беря контроль в свои руки. Музыка затихла на пару мгновений, мы замерли, смотря друг другу в глаза. Вокруг нас образовалось пустое пространство, на нас смотрела толпа, затаив дыхание; казалось, никто больше не танцевал. Снова взрыв музыки, и мы закружились уже не в танце, а в настоящей схватке, уворачиваясь от рук, ног, заходя друг другу за спину, выгибаясь от бросков.
Я полностью растворилась в этом танце, наслаждаясь каждым движением, сбившимся дыханием, адреналином и азартом, пульсирующим в крови. Зазвучали последние аккорды, мужчина все-таки поймал меня и сделал завершающее движение, выгнув и закинув одну мою ногу себе на бедро. Дерзко, вызывающе, почти на грани приличий, но нас это вообще не волновало. Мы смотрели друг другу в глаза, пытаясь выровнять дыхание, будто после настоящего сражения, а не танца.
– Что ж, пожалуй, мы можем остановиться на ничье, – наконец отпустил меня мужчина, взял мою руку, не прикрытую перчаткой, и приложился к ней долгим, горячим поцелуем. Тишина, царившая до этого, взорвалась аплодисментами и восхищенными возгласами.
Мой партнер закрутил меня в элегантном поклоне, вызывая восторг и явное недовольство у женской половины общества.
– Прошу, – он взял меня за руку, а другой жестом указал направление, чему я покорно последовала, и мы вышли из образовавшегося круга в толпу, которая расступалась перед нами.
Зал снова ожил, появились танцующие пары, возобновились разговоры, зазвенели бокалы. На нас смотрели, но подойти никто не решался.
– Так и будете молчать? – мне протянули бокал с искристым напитком и обворожительно улыбнулись. Пришлось принять, но пить я не стала.
– Можно на «ты», – отставила бокал в сторону, так и не притронувшись. Эти формальности мне очень не нравились.
– Если ты так просишь… – протянул мужчина и салютовал мне своим напитком.
– Пьер, что ты тут делаешь? – к нам подошел разгневанный Демиан и взял бокал, который я отставила. Хм, так этого мужчину зовут Пьер? – Ты не собирался сюда приходить.
– Не собирался, но очень уж на герцогиню хотел посмотреть, которая спасла Императора, – лениво ответил Пьер, подмигнув мне, чем еще больше вывел из себя мага. – И очень удачно.
– Посмотрел? Можешь идти! – кивнул в сторону выхода Демиан, бешено сверкая глазами, похожими на сапфиры.
– Ну уж нет, меня так пленила грация Элании, что я не смогу ее просто так оставить… – протянул Пьер, намеренно разглядывая меня с головы до ног. Я же стояла и наблюдала за этим безобразием. Что они устроили?
– Ты забыл о своих обязанностях? – прошипел Демиан, подходя к шпиону почти вплотную. – Тебя не должно тут быть.
– А ты о своих? – подняв бровь, парировал Пьер. – Почему ты тоже здесь?
– Не твое дело, – отрезал брат Императора.
– Да?