Нежить действительно изменилась: появились новые виды — одни были быстрыми и юркими, другие — тяжёлыми и невероятно опасными. Жаль, что сферы уничтожали их без остатка, и я не могла потом ничего изучить. Я очень расстроилась, и маг тьмы потратил немало времени, чтобы меня утешить.
Я попросила держать наши отношения в тайне. Пока что. Не знаю, что это было — предчувствие или боязнь нового статуса... В общем, мы решили пока не афишировать. Пьер продолжал оказывать мне знаки внимания, чем невероятно бесил Демиана, и тот потом долго и обстоятельно жаловался мне на «павлина», когда мы оставались наедине.
После того сражения стало ясно, что северяне справятся и без нас, все важные дела были завершены, и я наконец услышала заветное слово — «ДОМОЙ». МЫ ЕДЕМ ДОМОЙ!!!
В тепло, где нет этого вечного снега, где течёт жидкая, не скованная льдом вода, где водится неизведанная нежить...
Я буквально считала часы до отъезда, радуясь, как ребёнок накануне праздника.
А ещё я страшно соскучилась по семье. О себе напомнили близнецы, прислав наконец доделанный артефакт, останавливающий нежить. К сожалению, пообщаться нам не удалось — вестники отнимали слишком много сил из-за здешних условий и огромного расстояния, но подарок я оценила. Даже испытала его на Милане, после чего он на меня долго дулся, но о братьях с тех пор отзывался с неизменным уважением.
И вот он — день икс! Мы наконец выехали. Меня лично поблагодарил Аскар, признав, что прежде недооценивал мою профессию, и мне было до слёз приятно. Пьер в это время недоумённо хлопал глазами — ему и Лорану так и не рассказали, что защиту от нежити придумали благодаря мне. А Ник молча стоял в стороне и загадочно улыбался, искренне радуясь за меня. У Демиана же в этот момент была грудь колесом, будто это была его личная заслуга. Хотя... Это ведь он позвал меня с собой, поверил или знал, что я могу пригодиться, и всё действительно так и вышло.
Обратная дорога казалась вечностью. Положение усугублялось тем, что в карете мы сидели друг напротив друга и наши взгляды постоянно встречались, но мы не могли ни поцеловаться, ни даже сесть рядом — это выглядело бы странно после всех наших предыдущих поездок.
Когда до дома оставалось всего пару часов, мне пришло сообщение от братьев и отца, от которого я чуть не завизжала от радости и ужаса одновременно — мама рожает!!!
Теперь я всеми фибрами души рвалась домой, туда, где сейчас решалась её судьба и судьба моего будущего брата или сестры. Я сидела, сжимая в руках холодный артефакт, и молилась всем известным и неизвестным богам, чтобы всё было хорошо.
Глава 26. Семья и любовь
Когда я приближалась к нашему дому, то не могла понять, что творится у меня на душе. Внутри будто все заледенело, превратилось в комок колючего нервного холода. То ли от переизбытка чувств после той тряской поездки в карете, то ли… я ничего не испытываю к нашему пополнению? А ведь я так привыкла быть младшей в семье и беззастенчиво наслаждалась этим, чертова эгоистка…
Милана сразу отослали в его комнату — он оказался на удивление чутким и понял, что момент слишком важен, и он здесь лишний. Моя же серебристая нечисть, метнув на меня понимающий взгляд, тут же юркнула куда-то в темноту, лишь махнув на прощание пушистым хвостом.
Чем дальше я шла по знакомым, уютным коридорам, где каждый портрет и каждый ковер были частью моего детства, тем больше мрачнела, погружаясь в тягучие трясины собственных мыслей. Перемену в моем настроении все заметили еще в карете. Я замкнулась, отвечала односложно, а в глазах у меня то и дело вспыхивали отголоски колдовской силы, вырывавшиеся наружу вопреки моей воле. Когда я в очередной раз проигнорировала заданный вопрос, который просто не услышала, приставать ко мне перестали. Воцарилась гнетущая тишина, и все остальные пассажиры лишь украдкой поглядывали на меня с немым вопросом и легкой опаской.
За мной по пятам, словко мрачная, но надежная тень, следовал Демиан. После нашего приезда во дворец все мгновенно разбежались по своим делам, а он — пошел за мной. Ему, конечно же, уже успели сообщить о радостном событии, и он намеревался нас поздравить, но теперь лишь молча шагал рядом, всем своим видом показывая недоумение от моего поведения. Вроде бы радость же…
А я была мрачнее тучи.