А с ядом появилась еще одна мысль. Была у меня тварь номер тринадцать. Ее яд заставлял сердце бешено биться, ускорял кровь, пока оно просто не разрывалось. Кстати, тут помогала убойная доза успокоительного, но она не полностью нейтрализовала яд. Помню, я тогда часа два с выпученными глазами бегала. Иногда теперь использую его, чтобы взбодриться. Лучше любого тонизирующего снадобья! Главное только не наложать с дозой
Капелька плюс капелька… Есть реакция! Полное взаимоуничтожение. Приятно. Вообще, любой яд можно сделать лекарством, если понять, где его применить. Но, должна признаться, что везло мне так нечасто.
Больше ничего интересного выяснить не удалось. Какие-то части тварюшек отправила родителям на ингредиенты. Черную жидкость — тоже, чтобы попробовали ее воссоздать. И вроде все.
Выпрямилась и потянулась, чувствуя, как хрустят позвонки. Солнце светило уже вовсю, глаза нещадно слипались. Пойду покушаю и спать.
Вышла из дома, чтобы позвать Нейлу. Она пару часов назад сбежала от меня гулять. Но неизменно возвращалась. Когда ей самой этого захочется.
Удивилась, насколько быстро я привязалась к этой полуразумной нечисти. Уже начала за нее волноваться.
Зажмурилась, подставив лицо под теплые солнечные лучи. Пусть хоть немного кожа загорит, а то ведь я бледная, как моль. Несмотря на огромное желание поспать, решила немного прогуляться. Все-таки улица днем и улица ночью – совсем разные вещи. Слушала щебетание птиц, любовалась буйной зеленой растительностью, пробивавшейся сквозь руины когда-то процветающего города. Некоторые дома сохранились неплохо, как мой, а некоторые были полностью разрушены и потихоньку поглощались природой.
Задумавшись, я забрела вглубь территории, ранее мной не изведанной. Первое, что насторожило – гробовая тишина. Не было пения птиц, сверчки молчали, даже солнце светило как-то тусклее, а трава вокруг была жухлой и желтой.
Включила магическое зрение… Да тут целое кладбище мертвяков, которые напитались магией и вот-вот восстанут. Достаточно было одного магического импульса.
Прямо посредине павшего города… Обалдеть. Видимо, раньше тут хоронили умерших, но зачем — непонятно. Души тут неупокоенные, мятежные. Хотя, так раньше делали некроманты, чтобы в случае опасности поднять их, подчинить и направить на защиту города. Но в этот раз что-то пошло не по плану. Видимо, мой коллега-некромант не дожил до критического момента, и армия мертвяков так и осталась лежать в ожидании.
Нет, оставлять их так нельзя. Покрутила в пальцах теплый камушек – артефакт, который мне подарил Алай. Энергии в нем должно было хватить. Жаль, что за это не заплатят...
Я вышла на центр этого гигантского захоронения. Пентаграмма, нарисованная в центре, — самая действенная, и чем больше в нее влить энергии, тем большую площадь она захватывает.
Выбрав более-менее удобную полянку, принялась рисовать самую большую пентаграмму, на какую была способна. Заняло это около получаса.
Руки слегка подрагивали от напряжения. Впервые мне предстояло упокоить такое огромное кладбище. На третьем курсе мы почти каждую неделю проходили практику на погосте, но оно было раза в четыре меньше. Прорвемся.
Пентаграмма напиталась силой, аж искрила, почти полностью опустошив мой накопитель и изрядно потрепав мои внутренние резервы. Я отошла с эпицентра за пределы могильника. Все, можно начинать.
Волны умиротворяющей магии начали выливаться из символа, даря покой ближайшим могилам. Радиус действия постепенно увеличивался. Магическим зрением было видно, как души умерших обретают долгожданный покой. Десятки, сотни, тысячи павших воинов, когда-то защищавших эти земли.
Когда оставалось упокоить последнюю сотню, я почувствовала резкий магический всплеск. Тот самый, который переполнил чашу терпения. Из могилы прямо рядом со мной вылезли костлявые руки, и очень быстро на свет стало выкапываться все остальное, щедро осыпав меня комьями холодной земли. Теперь я ничем не отличалась от только что восставших. Вот черт! Кто это решил так вовремя поколдовать?
Будет очень неприятно, если мертвяки выйдут за пределы пентаграммы – придется упокаивать каждого по отдельности, а это адский труд.
Я достала клинки и принялась отрубать конечности ближайшим вылезшим скелетам. Остальные тоже потихоньку выбирались на поверхность и уже неуклюже, но целенаправленно двигались в сторону живого. Точнее, живой. Ко мне. Пришлось бежать в зону действия пентаграммы, собирая за собой хвост из воскресших мертвяков.