Свистящая волна пронеслась и растаяла где-то за воротами кладбища. Трупы разбросало на большом расстоянии от девушки. Некромант, что поднял эту армию, сейчас отходил от вернувшейся волны. Он не мог пропустить ее мимо себя. Эту волну, как и волну цунами, нельзя просто пропустить мимо или защититься. Можно только пережить, перетерпеть, если ты сильный. Это дало ей фору.
Она кое-как перелезла, цепляясь за кованый рисунок на заборе, оцарапала только бок о верхние пики и свалилась кулем на землю.
Когда она поднялась, кряхтя и стеная, словно столетняя старуха, на нее с той стороны уже смотрели мертвецы.
— Ох, ты ж черт, — она отшатнулась, когда гнилая рука едва не отхватила ей нос. Трупы тянулись к ней сквозь решетку забора. — Попробуй достать здесь, тварь, — она сплюнула, развернулась и подняла сумку с земли, отряхнула ее, и уже хотела было направиться вдоль забора дальше, как услышала скрип железа.
Девушка медленно развернулась. Мертвецы слегка светились изнутри, распираемые энергией, что некромант вливал в них. У Имельды зашевелились волосы на теле, когда она осознала, что некромант не собирается отпускать ее вот так просто. Трупы наседали на забор. И он бы выдержал, если их было бы штук двадцать или тридцать. Но их было несколько сотен свежих и несколько тысяч старых… Они напирали на несчастное кованное железо, лезли друг на друга, пытаясь добраться до нее. По ту сторону забора начала образовываться большая шевелящаяся куча из мертвецов, и забор начал гнуться наружу, поддаваясь этой мертвой силе.
От такой мощи Имельда пропустила удар сердца и сорвалась с места. Она бежала, что есть мочи. Колено ломило, легкие горели, плащ становился все тяжелее, сумка тянула к земле, но она не смела останавливаться. Ей не победить все кладбище. Будь у нее возможность сразиться с самим некромантом, что устроил это, то тогда шанс был бы. Но сейчас все, что она могла — бежать. Все, хватит, нагеройствовалась. Лучше быть живым трусом, чем мертвым храбрецом.
Девушка слышала, как за ней ломаются ветки кустов, слышала шелест тысячи ног. Сквозь лесные сумерки она не разбирала дороги, да ее и не было. Тростью она проламывала себе путь, но кусты все равно царапали кожу, цепляли волосы и одежду. Имельда с рычанием продиралась все дальше. Куда? Неизвестно. Подальше. Только не в город. Люди не должны пострадать. Рано или поздно некромант устанет. Ни один маг, пусть и самый могущественный, не сможет поддерживать целое кладбище всю ночь. Он умрет от усталости в прямом смысле. Все-таки управлять заемной, неограниченной энергией бесконечно нельзя.
Имельда видела сквозь деревья светлое небо и бежала к нему, она чуть не пропустила тот момент, когда земля оборвалась. Она едва не свалилась, вовремя схватившись за ствол дерева. Из-под ног вырвался кусок земли с опавшей листвой и устремился вниз, к морю, что едва волновалось у скал.
Сегодня была удивительно спокойная погода. В этот безумный миг отчего-то вспомнилась картина из кабинета мэра. Утес был довольно-таки высоким. И сейчас, глядя вниз, сердце бешено колотилось. Острых скал заметно не было, была лишь вода, но даже так — выживет ли она при прыжке?
Сзади нарастал шум погони. Имельда вернулась от обрыва в лес на десяток шагов. Трупы были близко. Она попыталась снова собрать энергии и упокоить хотя бы часть, но потом поняла, что выжата словно лимон. И всех ей все равно не упокоить.
Уже когда трупы были на расстоянии вытянутой руки, и можно было почуять их гнилой запах, девушка разбежалась и кинулась в пропасть с диким криком.
Глава 11
Она чувствовала, как ее трогают. Какие-то голоса, словно в тумане слышались далеко. Во рту было очень солено. Губы ссохлись, кожу стянуло, щипало ссадины на лице. Глаза не хотели открываться, на ресницах застыли кристаллики соли и песка. Он чувствовался и под руками даже сквозь мокрые перчатки.
Кто-то коснулся шеи. Проверили пульс.
Имельда кое-как смогла разлепить веки. Она лежала на боку на песке, на берегу. Шум волн она слышала даже четче, чем голоса людей. Волосы облепили лицо. Она чувствовала, как замерзли ноги в мокрых сапогах, да и вообще все тело в мокрой одежде. Очень болел левый бок и ягодица с левой ногой. Наверно она упала в воду не совсем удачно.
Она не помнила, как доплыла до берега. Ничего не помнила с тех пор, как оказалась в воде. Неужели ее снова спас он?
Она закашлялась, пытаясь встать. Тело плохо слушалось.