Мужчина пнул стул прямым ударом ноги. Тот пролетел кубарем через весь кабинет. Мару смотрел на него внимательно, выслушивая все, что накипело у друга.
— И эта тоже… — он махнул на дверной проем. — Надеялся, что хоть от нее толк будет! — он сплюнул. — Но стало только хуже, — устало плюхнулся в кресло.
— Arsch nia laoretter[1] — Мару бросил короткую фразу. Абрахан взглянул на него и тут же опустил взгляд.
— Знаю. Не думал, что выйдет все так плохо… Вообще не понимаю, что произошло, и куда она залезла.
— Я была на кладбище, — раздался тихий голос от двери. Девушка стояла, закутанная в покрывало, опираясь на косяк. На ней были какие-то перчатки. Видимо дала служанка.
— Пешет, — Абрахан поднялся с кресла и поморщился. — Зачем вы встали…
— Я была в склепе, — не обращая внимания на его слова, она продолжила. Она была не в лучшей форме, но разум уже прояснился, она была в состоянии стоять сама.
— Подождите. Объясните сначала, что вы здесь делали? Что делали в моем кабинете?
— Хотела найти улики, — она дернула бровью.
— Улики? Какие улики? — усмехнулся мужчина.
— Вы единственные, кто знал, куда я направляюсь, — она обвела обоих мужчин многозначительным взглядом.
— И что? Думаете, я как-то причастен к… Что там случилось? Что произошло?
Он встал перед ней, жажда узнать подробности настолько, что забыл о любых правилах приличия, не предложил сесть. Девушка вяло моргнула и сглотнула горькую вязкую слюну.
— Теперь я уже так не думаю, — она почесала лоб. Все тело зудело и неприятно стягивало кожу. — Вея вызывала свою мать.
— Оливию? Зачем?
— Девочка хотела помощи, — вяло пожала плечом. — Она хотела убить кого-то.
— Что? Вея? Кого она могла хотеть убить? Вея не убийца, она же ребенок, — господин Вельт сдвинул брови, лицо стало серым и неприступным. Он не верил.
— Не знаю. Не успела узнать. Мне помешали.
— Кто?
— Некромант.
Абрахан развернулся к Мару с идиотской улыбкой на лице.
— Некромант, — развел руками, иронизируя. — Я ничего не понимаю, — опять развернулся к Имельде. — Какой некромант? — Имельда снова пожала плечами. Абрахан вернулся к креслу, опустился в него и сильно потер лицо. — Совершенно ничего не понимаю… Ни-че-го… вопросов стало только больше.
Имельда прекрасно его понимала.
— Абрахам, у вас есть еще какой-нибудь дом?
— Что? Какой дом? — он непонимающе нахмурился, глядя на девушку.
— Оливия упоминала про дом. Точнее, это Вея упоминала про какой-то дом. Оливия лишь повторяла ее слова.
Мэр задумался на несколько секунд, потом замотал головой.
— Нет, понятия не имею, что за дом. Наш дом здесь.
— Может старый дом ее родителей?
— Нет, его сожгли тогда… Та лихорадка… Из-за нее.
— Тогда… Либо она ненавидела этот дом, либо есть еще какой-то.
— Не говорите так, — мужчина взвился в воздух, словно отпущенная пружина. — Я люблю Вею, как собственную дочь! Здесь все ее любят, она не может ненавидеть этот дом! Никто не мог причинить ей вред!
Имельда спокойно, даже равнодушно, восприняла этот яростный порыв, глядя на мужчину снизу вверх.
«Но кто-то все же причинил»
Надо же… Еще совсем недавно они вели светские беседы, а сейчас она видела его истинное лицо, без маски уверенного спокойствия, будто все в его руках и ситуация под контролем. Ничего у него не под контролем.
— Я лишь говорю то, что видно со стороны. Мне нужно на кладбище.
— Что? Зачем? — было видно, что мужчина устал. Он устал от скоротечных перескоков в разговоре, проблем и переживаний, новые вопросы только открывались, ответов не находилось; Вея не находилась…
Имельда, слегка стыдясь, поджала губы, но соизволила пояснить.
— Тот некромант, он натравил на меня кладбище. Пришлось спасаться бегством. Мне нужно увидеть, что сейчас там творится…
— Отлично. У меня под носом поднимают кладбище, а я ничего об этом не знаю, — Абрахан походил по кабинету, собираясь с мыслями. Уже через минуту он был снова собран и уверен в себе, словно и не было этих волнений минуту назад. — Приведите себя в порядок. Я уеду, как и планировал. Когда вернусь, сможете съездить на кладбище.