Вздохнув, я помассировал правый висок и произнёс:
— Хорошо. Ты всё сделал правильно. И… готовь встречу с представителем морнов.
— Только после буксировки станции, — резко помрачнев, покачал головой Сириус, — Извини, но если эти твари такие же психопаты-садисты, как и кверны, то организовывать встречу с ними можно только на хорошо подготовленной территории. И это точно не заселенная планета или гражданская станция.
Фыркнув, я поинтересовался, не сумев сдержать сарказм:
— Ты боишься, что они меня обидят? И это после всего?
— Я опасаюсь удачной ментальной атаки по тем, кто будет с тобой, — не стал никак реагировать на шутку Сириус, — И тогда придется убивать своих. Причем, не рядовых исполнителей, а часть дипломатического корпуса и опытных офицеров. Не лучшее дело.
— Хорошо, действуем по твоей отмашке. Ситуация с «Надеждой» и квернами тоже на тебе.
— Понял, — буркнул Блэк.
Посмотрев в окно спиддера, летящего между громадных зданий, я вздохнул.
Порой Сириус поражал меня своей логичностью и холодной расчетливостью. Однако, ни разу не получалось сказать, что он действует во вред расе. Мужчина всегда делал именно то, что требовала ситуация. Например, принимал жесткие и жестокие решения, от многих из которых не по себе становилось даже мне. И это при моей-то биографии. Я в крови с ног до головы. На мне — сотни миллионов убитых людей, что оказались не в том месте и не в то время или мешали создавать единое человеческое государство…
Как бы там ни было, но на Блэка всегда можно было рассчитывать. Несмотря на столь же черный и тяжелый характер, как у меня самого, мужчина являлся человеком слова и дела. И если он за что-то брался, то я мог быть спокоен. Сириус гарантированно справлялся.
«Все бы такими были, — пришло мне на ум, — Увы…»
За годы, прошедшие с моего увольнения с завода и начала самостоятельного пути в космосе, слишком многие разумные, что люди, что ксеносы, показали себя не с самой лучшей стороны. Порой начинало казаться, будто бы и нет нормальных, способных сотрудничать, а не гарантированно предавать, людей и нелюдей. Удивительно, но мне удалось удержаться и не превратиться в откровенного параноика, каким являлся Аластор Моуди…
«Зато превратиться в мясника… — промелькнула в голове мрачная мысль, — Это оказалось куда проще и легче. И не так заметно для самого себя. Всё же имело оправдание…»
Нет, совесть меня не терзала. Она давно исчезла. Её остатки превратили в демоническую составляющую, благодаря которой я вообще жив.
— Сэр, прибываем в космопорт, — произнёс пилот, — Отряд прикрытия уже оцепил территорию.
— Спасибо, — кивнул я.
Вежливость.
Дисциплина.
Самоконтроль.
Три составляющих, что позволили мне сохранить рассудок, а не превратиться в животное, алчущее крови и наслаждающееся мучениями окружающих. Только терпеливое перекраивание собственной психики, жесточайший контроль над собой и умение держать лицо, помогли в ситуации, когда разум грозил рассыпаться миллионом осколков, уступив безумию демонов.
От мрачных мыслей меня отвлек очередной звонок.
— Слушаю тебя, Этус.
Появившийся на экране-иллюзии ученый выглядел удивительно довольным и жизнерадостным.
— У меня есть хорошие новости. Я бы даже сказал — отличные.
— Это замечательно, но…
— Боевые вирусы.
— Детали, — мгновенно подобрался я.
Увидев мою реакцию, Прайм довольно оскалился.
— Только что поступили данные от Тайлера. Его департаменту, благодаря спутникам-шпионам, разбросанным по территории хайгов, удалось провести серию перехватов переговоров и собрать данные из открытых сетей этой расы. Сам Лекс провел анализ полученных таким образом материалов и…
— Не тяни алари за соски, — фыркнул я, — Ближе к делу.
— Созданные моим отделом вирусы оказались удивительно эффективны. Они поразили не только планеты, где получилось их распылить, но и несколько секторов в глубине территории противника, — не скрываясь, оскалился ученый, выглядящий довольным хищником, загнавшим свою дичь, — Уже сейчас счет погибших идет на сотни миллионов… Найти вакцину хайги полка не смогли.
— Сотни миллионов, — задумался я, — Учитывая их численность…
— Это общедоступные данные, — усмехнулся Этус, — А вот засекреченные сведения, которые пришлось расшифровывать, говорят о другом. Две давно колонизированные системы хайгов превратились в склепы. Четыреста два миллиарда рептили погибли за пять месяцев. Тех, кто ещё не имел признаком заражения, вывезли на карантинные станции, но потом оказалось, что там всё очень плохо, — протянул ученый, — Имело место распространение вируса и среди персонала. Даже несмотря на меры предосторожности.