Как бы там ни было, но именно тяга к прекрасному привела к тому, что магистр стал автором нового направления в магии смерти — некро-пластики. Он разработал комплекс заклятий и ритуалов, позволяющих манипулировать мертвой плотью настолько тонко, что у него получалось вернуть покойницам их прижизненную внешность, да ещё и приукрасить оную. Видимо, для собственных нужд.
Однако, на этом тяга к прекрасному и эстетике у магистра не заканчивалась. Мастер некромантии стремился к ним и в плане магической начинки своих творений. И это желание всячески взращивал в своих курсантах, стараясь привить им тягу к созданию совершенной и прекрасной нежити. Выливалось сие в попытки формирования максимально эффективных, но при этом гармоничных энергетических структур, создании невероятно эффективных ментальных конструктов управления, во многом похожих на современные ИИ. А при создании личей Эрн так и вовсе себя не ограничивал, тратя на каждую подобную нежить месяцы работы в своём стремлении к непонятному для окружающих идеалу.
Вершиной же любви к эстетике Волантиса стал проект создания женщины-лича, способной менять свою внешность по собственному желанию, да ещё и обладающей возможностью имитировать жизнь, употреблять пишу, чувствовать запахи, вкусы, холод и тепло. Увы, удалось ли ему добиться успеха я так и не узнал. Моё обучение в академии закончилось когда он как раз приступил к самому сложному этапу своих экспериментов — имитации жизни в высшей нежити.
Собственно, понимание того, каким был Эрн Волантис и вызывало вопросы относительно нынешней ситуации. Ну никак не тянуло увиденное мной в разуме Корданы на творение магистра. Не так действовал Эрн. Это не его стиль. Магистр даже ловушки и обманки делал красиво. Он презирал грубую работу и доводил курсантов, позволяющих себе подобное, до отчисления. Едва ли инфильтратор, пусть даже с перестроенной копией личности, мог сильно отличаться в этом вопросе от оригинала. Да и помня деятельную натуру Волантиса, у меня появились серьёзные сомнения по поводу киборга с его внешностью и памятью.
Эрн не мог сидеть на месте. Он всегда стремился к знаниям, личной силе и развитию. Не в его правилах жить подобно обывателям. Магистр называл подобное весьма емким словом «прозябание». От сюда и появились вопросы о том, кто именно общался с Корданой и чем в действительности занимается созданный ею инфильтратор с личностью Эрна Волантиса.
— О чем задумался? — поинтересовалась «Дафна», усевшись на подлокотник занятого мной кресла.
Оное заскрипело под немалым весом инфильтратора. Всё же, несмотря на то, что внешне IN-1206 выглядит хрупкой девушкой, внутри у неё эндоскелет из алхимического сплава, который заметно тяжелее человеческих костей. В такие моменты это заметно.
— О магистре Волантисе, — вздохнул я и принялся рассказывать своим мысли по этому поводу.
— Значит, кто-то под него замаскировался и что-то сотворил с нашей гостьей, — кивнула на Кордану «Гринграсс», — Иных логичных объяснений я не вижу.
— Остается сделать две вещи — найти настоящего инфильтратора и попытаться договориться с ним, а так же тех, кто всё это устроил, — фыркнул я.
— Думаешь, в этом есть смысл? — поинтересовалась «Дафна».
— Судя по увиденному, Кордану нам попросту подсунули, — вздохнул я, — Можно сказать, привели и сдали на руки. Никак иначе невозможно объяснить её покладистое поведение при полицейских и сейчас.
— Для чего?
— Ворги, — покачал я головой, — Кто-то очень могущественный решил дать нам в руки координаты системы с их главной базой.
IN-1206 уставилась на Кордану, вставившую в разъем нейроимпланта чип и теперь сидящую в своём кресле с закрытыми глазами, и хмыкнула:
— Я не уверена, что ворги станут использовать ту же систему. Они банально в целях безопасности могут перенести свои производства куда угодно. Даже на пустотную инфраструктуру.
— Вот тут ты ошибаешься, — вздохнул я, — Сами ворги в армии киборгов выполняют роль офицеров. Посмотри записи планетарных боев и сама это увидишь. Они крайне редко идут в бой сами, но если это происходит, то либо ситуация крайне тяжелая, либо им необходимо завершить бой в сжатые сроки. Основная же масса пехоты — классические инфильтраторы известных тебе моделей. Правда, по того, как они устроили рейд в системы ксеносов, появились и вариации с несколько иным дизайном, но в целом — всё в пределах тех же технологий. Это значит, что воргов не так много. Они не производят себе подобных массово, как делала Кордана.
— И что это значит? — нахмурилась «Дафна», — Я пытаюсь смоделировать ситуацию и не нахожу приемлемых логически обоснованных выводов.