Впрочем, Дюм не обманывался. Он сам, как и его адвокат, искренне считал, что необходимо получить решение текущего суда, чтобы исключить возможность повторного иска. Ведь, если дать Моне и её родне время, они вполне могут подготовиться и что-то да придумать. А деньги в «НЗ» Джеймса не бесконечны. Второй раз этого запаса уже не будет и тогда его ждут серьёзные проблемы. Ральф, каким бы хорошем парнем ни был, бесплатно работать не станет.
Вот только произошло непредвиденное.
Судью, в принципе, лояльно относившегося к Дюму и его адвокату, заменили после ходатайства об отводе со стороны адвоката Моны. С этого момента всё дело пошло совершенно иначе. Ведь, новым судьёй оказался тот самый незнакомец, с которым бывшая жена Джеймса изменяла ему.
Ральфа Уоткинса арестовали на следующий день после первого с новым судьёй заседания. Ему были предъявлены обвинения в фальсификации видео записей и подделке документов. Затем любовник Моны, оказавшийся действующим судьёй, своим решением признал невозможность учитывать в рамках суда те денежные переводы, которые совершались Джеймсом на счета её родителей, поскольку данный процесс не имел отношения к их имуществу, а касался развода Дюма. После этого было закономерным итогом услышать вердикт — в исковые требования удовлетворить в полном объеме.
Более того, ублюдок умудрился признать доставшееся от родителей имущество — совместно нажитым, поскольку оно попало в руки Джеймса больше трех лет назад. Судья воспользовался противоречием в двух законах и существующей судебной практикой. А это означало, что одним пентхаусом Дюм уже не мог отделаться.
Апелация тоже результата не дала. Суд второй инстанции оставил решение в силе и… Для Джеймса наступили тяжелые времена. Приставы арестовали всё имущество, обчистили банковские счета инженера. Для разделе квартиры родителей, пентхауса и спиддеров их выставили на продажу, а самого Дюма — на улицу, оставив ему лишь одежду да старый КПК. Все попытки обжаловать действия приставов окончились неудачей. Несмотря на то, что они не имели права оставлять его без места жительства и денег, выродки в форме судебной службы исполнения наказаний именно так и поступили. Та же судьба ждала и акции компании «Kordy-Motors». Их старательно искали в родительской квартире, совершенно не стесняясь сего факта. Словно бы ничего более приставов и не интересовало. А когда Джеймс подал на них жалобу в региональное управление, её… приняли, но реакции не последовало.
Надеясь на оставшуюся у него наличность, Дюм попытался найти другого адвоката, но никто не желал связываться с человеком, на которого имеется «зуб» у действующего судьи, обладающего обширными связями во многих силовых ведомствах региона. Примерно месяц Джеймс обивал пороги прокуратуры, полиции, СБК (прим. автора СБК — Служба Безопасности Кордии), но всюду его документы и заявления принимались, затем следовали сочувственные улыбки и… ничего.
Так было до тех пор, пока инженер не понял — ему конец. Никто не поможет. С друзьями он разругался из-за Моны, пока они были женаты. С коллегами — в последние годы. А круг общения родителей был ему слабо знаком.
На остатках денег, Дюм арендовал комнату на одном из нижних уровней и принялся искать работу. С того места, куда он устроился в самом начале долгой судебной тяжбы, его уволили после получения документов от приставов о решении суда. Однако, голову инженера не покидала одна единственная мысль.
Мона родила не от него, а от этого ублюдского судьи. И он же устроил Джеймсу весь этот кошмар, пользуясь своими знакомствами и должностью. Вывод напрашивался сам собой. Искать справедливости смысла нет. Более того, как бы ни старался Дюм, куда бы ни отправился работать, всюду его достанут и сделают так, что он окажется на улице. Любовник Моны задался целью извести его, не забыв перед этим отнять акции «Kordy-Motors». Ведь, мало их арестовать. Без сами документов, которые нельзя напечатать заново, ибо они номерные, обладающие многочисленными техническими и магическими степенями защиты, никакие решения судов об отчуждении имущества не помогут. Максимум, чего добьет ублюдок — блокировка акций и прекращение ежегодных выплат дивидендов по ним. Пусть это и небольшие деньги, но…
Очередным вечером сидя в убогой каморке, по недоразумению именуемой квартирой, Джеймс замер, уставившись в точку перед собой. Он понял что нужно делать.
— Ты их не получишь, — прошептал Дюм, — И не будет у тебя этой суки. Ты отнял у меня всё. А я отниму всё у тебя, мразь.
Был у Джеймса один знакомый. Одноклассник, с которым инженер не общался очень давно. В отличии от Дюма, этот парень изначально выбрал «неправильный» путь и ныне является частью криминального мира. Впрочем, глядя на то, что из себя представляют «правильные» люди, Джеймс уже сомневался в том, как смотрел на вещи раньше. В прежние годы ему бы в голову не пришло рассуждать об убийстве и самоубийстве. Однако, пережив предательство и столь вопиющий беспредел со стороны властей, Джеймса уже не был столь категоричен в отношении тех, кого раньше считал преступниками.