«Всё познается в сравнении и… в беде, — мысленно скривился Дюм, набирая номер человека, общения с которым избегал многие годы, — Как же всё паршиво…»
Допив кофе, Джеймс ещё раз осмотрелся.
Воспоминания об уже почти забытой благополучной жизни всё ещё мелькали перед его взглядом. Иногда пробуждалось нечто похожее на совесть. Эта дрянь пыталась убедить мужчину, что убивать Мону — плохо. Ведь, она его жена, пусть и бывшая. И в целом, ему не следует быть таким категоричным…
Однако, стоило вспомнить лицо её любовника и то, как себя вели приставы, каморку, заменившую пентхаус, дерьмовую еду быстрого приготовления вместо нормальной домашней, узкую жесткую койку, продавленную сотней прошлых постояльцев, вместо мягкой родной кровати, как поднявшаяся из глубин души злость на корню удавливала позывы этой трусливой суки, прикидывающейся совестью. Джеймс принял окончательное решение. Он купит у Джоша плазменный пистолет, пристрелит Мону Марка и Стена, а затем застрелится сам. Всё равно, после тройного убийства, ему уже ничего другого не останется.
Собственно, Джеймс именно на встречу с Джошем и шел, когда решил зайти в это кафе, благо, оно в сотне метров от нужного места.
Звук открывшейся двери и ворвавшийся в помещение гомон улицы на мгновение заглушили негромкую музыку, игравшую в кафе, а затем исчезли.
— Дюм? — раздался знакомый голос, заставивший инженера повернуть голову.
У входа стоял Джош. Такой же вымокший с ног до головы, как и сам Джеймс.
— Тоже решил зайти сюда выпить кофе? — усмехнулся инженер.
— Неожиданно, приятель, — кивнул Джош, направляясь к столику, за которым сидел Дюм.
— Мистер Оловей, — подскочила к однокласснику Джеймса официанта, — Вам как обычно?
Джош на секунду замер, затем, бросив оценивающий взгляд на своего одноклассника, хмыкнул и произнёс:
— Рита, мне капучино с бурбоном… И Джеймсу тоже. Раз уж мы с ним встретились тут, а не как планировали… И… Накрой нам столик в отдельном зале — у нас будет серьёзный разговор.
— Это ваш друг? — удивленно покосилась на инженера девушка.
— Да, — неожиданно для Дюма ответил Джош.
— Конечно, — кивнул официантка, практически улетучившись из зала.
Усевшись рядом со своим одноклассником, Оловей фыркнул:
— Дерьмово выглядишь, дружище. Рассказывай, что стряслось?
Для Дюма, произошедший между его школьным товарищем и официанткой разговор был неожиданным, но крайне показательным. Одноклассник, судя по всему, уже давно не простой «бык», коего отправляют «на дело» серьёзные дяди, а личность достаточно известная, обладающая неким весом и авторитетом.
— Это долгая история, — покачал головой Джеймс, после чего, заметив осуждающий взгляд Джоша, добавил, — Если коротко, то я — идиот и неудачник.
— И это мне говорит человек твоего плана? — фыркнул Оловей, — У тебя же мозгов больше, чем у всех моих парней вместе взятых… Включая меня. Ты гений…
— И конченный мудак, — отмахнулся Дюм, — Да ещё и слепой.
— Так… Рассказывай. А дальше мы подумаем. Не просто так же ты решил со мной встретиться… Не поверю.
Пока Рита накрыла стол в отдельном зале, Джеймс успел рассказать однокласснику историю своих злоключений и выводы, к которым он пришел.
— Вот что… — задумчиво произнёс Джош, — У тебя попросту не было возможности всё обсудить с кем-то, кроме адвоката. А они — те ещё уроды. Им лишь бы денег сорвать. Ублюдки не на результат работают, а снимают с клиентов наличку за каждой свой чих… К ним за помощью идти — только себе хуже делать.
— Теперь я это понимаю…
— Ну да, — хлопнул по плечу Джеймса его одноклассник, после чего повернулся к подходящей к ним официантке, — Уже готово?
— Да, мистер Оловей.
— Джош, я…
— Отметим встречу, дружище, — усмехнулся Оловей, глядя в глаза инженера, — А затем обсудим как я могу тебе помочь.
— Хорошо, — кивнул ему Джеймс.
Спустя почти час, когда Дюм и Оловей, будучи уже изрядно выпившими, но сытыми, сидели в том самом зале, который для них приготовила официантка, Джош произнёс:
— Знаешь, приятель, я могу тебе помочь. Причем, так, что ты и в тюрьму не попадешь. Но не просто так.