Вообще, лично для меня было совершенно не понятно почему конфедераты вздумали соваться в вопросы, которые их не касаются. Особенно, если принять во внимание ситуацию на фронте их войны с древними киборгами. Оные и не собирались останавливаться, а мы не торопились наносить удары по уже обнаруженным мирам-заводам, где ворги вели сборку своих кораблей, пехоты и техники. В этот раз Орден и Пространство Дракона не станут выполнять чужую работу даже ради имиджа. В будущем это нам, конечно, аукнется войной с киборгами, кровавой и тяжелой, но здесь и сейчас выгоднее оставить их в качестве проблемы тем государствам, чьи правительства вздумали вмешиваться в наши дела.
Собственно, после долгой и кропотливой работы нашей разведки в отношении Республики Валлия и Ачайского Консорциума, флот Пространства Дракона провел операцию по захвату их столиц. И местные власти ничего н смогли сделать просто потому, что на уровне среднего и низшего звена произошел банальный саботаж поступающих приказов. В целом же, схема захвата была точно такой же, как и в случае с Королевством Лоргия — оккупация столичной системы, подавление обороны, десант, принуждение действующего правителя к подписанию капитуляции, а затем уже добивание сопротивления в провинциях, после которого последовал плебисцит с характерным результатом. Правда, что удивительно, нашим агентам влияния даже не пришлось вмешиваться в эту процедуру. Население обеих стран настолько ненавидело собственные власти, что не только не противодействовало военному контингенту Пространства Дракона, но и довольно часто выдавало прячущихся чиновников и их семьи. А уж само голосование во время плебисцита так и вовсе по своим результатам многих шокировало. Если в Королевстве Лоргия, говоря откровенно, пришлось пойти на фальсификацию, то в Республике и Консорциуме — нет. Девяносто процентов проголосовавших граждан желали избавиться от старого правительства и ради этого были готовы даже на присоединение к другой стране.
Нет, разведка сообщала о подобных тенденциях в обществе, но насколько всё плохо никто не представлял. Впрочем, десятая часть населения проявило то, что можно назвать некоей пародией на патриотизм. Однако, стоило начать разбираться в мотивах искомых лиц, как становилось ясно, что причины вполне прозаичны — деньги. Точнее, потеря доступа к бюджетной кормушке и страх расправы. Ведь, практически вся заселенная людьми часть нашей галактики в курсе того, как к криминальному миру относятся в Пространстве Дракона. Именно эти два категории и стали ядром противодействия нашим силам в захваченных странах. С ними пришлось повозиться…
Увы, если в Республике вопрос удалось решить достаточно быстро банальными арестами вожаков, то в Консорциуме всё оказалось куда сложнее. Там государственный аппарат, корпорации и криминальный мир настолько плотно сплелись, что отличить одно от другого порой было невероятно сложно.
В конечном итоге, несмотря на противодействие как местных, так и чужих разведок, процесс интеграции и ассимиляции новых территорий был запущен и теперь идет полным ходом. Эксцессы, понятно, случаются. Всё же, быстро искоренить последствия многовековой практики коррупции, кумовства и круговой поруки крайне сложно. Да и само состояние общества и его социальных институтов, создавало массу проблем.
А, ведь, на фоне всего этого ещё оставались некоторые последствия громадных долгов Королевства Лоргия и его корпораций перед банками Федерации Дракона. И если с частными компания вопрос удалось решить путем некоторых махинаций, которые были предложены Мииной и его подчиненными, то с государственными учреждениями всё оказалось не так просто…
— В любом случае, я надеюсь, что до этого всего не дойдет, — вырвал меня из раздумий голос Сириуса, — И нам не придется решать кому становиться главным.
— Решать действительно не придется. Верхушка Ордена в курсе, что моим преемником станешь ты.
— Издеваешься? — Блэк бросил на меня хмурый взгляд, после чего телекинезом притянул к себе со столика, стоящего тут же, бутылку бурбона и, вырвав пробку, сделал большой глоток, не утруждая себя поиском стакана, после чего протянул её мне, — Будешь?