Однако, стоило ему на глаза попасться Миине, как мужчина «ловил клин».
— Стараюсь, дружище, — вздохнул Блэк, — Честно, Айзек, я стараюсь. Но… Проклятье! Она же идеальна.
Вздохнув, я покачал головой, а затем спросил:
— Навыки менталиста ты тоже растерял?
Поморщившись, Сириус бросил на меня мрачный взгляд, а затем, вздохнув, кивнул:
— Твоя правда, Айзек. Думаю, сегодня займусь своими мозгами.
— Я не пойму, чем она тебя зацепила? Всё же, ты чистокровный и… — мне в голову пришла идея напомнить другу о его воспитании.
Впрочем, имелся нюанс. Блэк, судя по всему, разделял вопросы семьи и секса с ксеносами. И, как мне кажется, даже если бы Миина таки сдалась под напором моего друга, то ни о какой гипотетической свадьбе речи не возникло. Полагаю, сама алари этот тоже прекрасно понимала и не желала оказаться просто именем в бесконечном списке женщин, на которых отметился мой неугомонный друг в своих похождениях.
Увы, но назвать его верным мужем и примерным семьянином язык не поворачивался. Талтис неоднократно просил меня повлиять на Блэка, дабы тот перестал создавать проблемы своими амурными похождениями с женщинами-офицерами флота, одним из последствий которых становились конфликты в коллективах, порой переходящие в перестрелки на борту — дамы искренне надеялись заполучить себе Сириуса, из-за чего были готовы драться за него далеко не фигурально.
Я же, выслушивая гневные высказывания Вед-Реджа, пытался понять — что же в Блэке цепляет женщин? Ведь, они прекрасно знаю о наличии у него семьи и детей, о взглядах, далеких от гуманности и толерантности, о мрачном и тяжелом характере, жестокости и многих других, не лучших качествах Сириуса. Однако, несмотря на всё это, охотно ложатся с ним в постель, а потом пытаются оказаться «той единственной»…
Смешно и грустно.
— Мои дети — люди, — покосился на меня Сириус, — И жена тоже. То, что последствия ритуалов трансформации и пребывания в виде крестажа, хоть и не все, стали наследственными, не делает их ксеносами или полукровками.
— Тогда в чем дело?
— Ну, — опустил взгляд Блэк, — Считай, что это личное.
— Не хочешь говорить — не надо, — пожал я плечами, — Просто, осознай, что ты больше не один из множества чистокровный в Британии, и не следователь-федерал, а один из высших государственных чиновников нашей страны. А через два года, Пространство Дракона будет называться Империей Дракона и…
— Айзек, — демонстративно застонал Сириус, — Вот был же нормальным парнем, убивал василисков, тренировался, зубоскалил с вампиршами, со мной по борделям ходил… А теперь? Занудой стал.
Хмыкнув, я только покачал головой.
В голове в очередной раз появился вопрос «А какого…?», но так и остался без ответа. Порой эта тяга Сириуса вспоминать жизнь до Падения Земли вызывала острое желание пожать ему шею до хруста, но… Я тебя останавливал и принимался анализировать причины столь странного поведения.
На первый взгляд — ничего. Блэк ни разу не продемонстрировал даже намеков на предательство или нечто подобное. Ни словом, ни жестом, ни делом.
Нет, Сириус не входил в число образцово-показательных «змей». Он имел привычку в довольно жесткой форме высказывать мне в лицо своё мнение, если оно отличалось от моего, и отстаивать его, приводя свои доводы и доказательства. О других «грешках», вроде чрезмерно большой любвеобильности, тяге к алкоголю, хоть и в меру, да повышенной жестокости во время допросов военно-пленных можно было не вспоминать. Тут ещё вопрос — кто кого переплюнет, ибо я сам тут не без греха, что называется. Порой и мне с большим трудом удается сдержаться от опрометчивых поступков.
Приведя себя в порядок и покинув сектор для тренировок, мы с Блэком направились к взлетно-посадочной площадке, где нас уже ждал транспортник. Миина стояла у трапа челнока армейского образца, что-то чистая с экрана-иллюзии своего АИПа. Я же, глядя на неё, мысленно поморщился, вспомнив неприятные моменты, связанные с проблемами в обществе нашей страны.