В сумме всё это спровоцировало рост рисков мятежей и религиозных конфликтов. А они куда опаснее даже межрасовых. Ведь, когда дело касается представителей разных народов, основную роль играет личностный фактор. К разумному существу любого вида, если он ведет себя достойно и в рамках приличий, мало у кого возникнут претензии. Если же говорить о религии, то тут важнейшим фактором являются как базовые догмы конкретной конфессии и… жрецы. А последние — далеки от идеалов честности и осознанности. Подавляющая часть из них, хоть и являют достаточно образованными личностями, но, как правило, преследуют свои личные, вполне материальные, цели, ради которых порой готовы пойти на очень многое, включая откровенное кровопролитие.
Собственно, в такой обстановке наша страна, борясь внешними врагами и внутренними проблемами, вела войну с Триумвиатом, начав долгий и тяжелый процесс объединения с Федерацией.
Тут, надо сказать, проблем было ещё больше.
Финансовая элита не торопилась соглашаться на наши условия, активно торгуясь едва ли не за каждый пункт договоренностей и старательно выбивая себе право на власть и привилегии. С кем-то удавалось решить вопросы на более-менее приемлемых условиях, кого-то Ланчер, используя свой административный ресурс, попросту «мотивировал» уголовными делами и массовыми проверками со стороны фискальных органов, а некоторых приходилось попросту устранять.
Увы, но последних было большинство.
Привыкнув к тому, что наличие громадного счета в банке, корпорации, обладающей мини-армией в виде службы безопасности и ресурсами десятков, если не сотен, систем, многие держатели капиталов искренне считали себя хозяевами жизни. Причем, не только своей, но и всей страны. Их едва ли не корежило от мыслей о необходимости умерить аппетит и начать считаться с государством. Причем, даже не с привычной Федерацией, где сама по себе властная структура позволяет лоббировать их интересы, а с теми, кого искомые «хозяева жизни» искренне ненавидят, а какие-то пару столетий назад смогли выдворить за пределы страны.
Тут Эдварду было крайне сложно. Ведь, проблема заключалась даже не в необходимости интегрировать корпорации федералов в структуру экономики формируемого единого государства. Основные трудности составляли советы директоров и крупные держатели акций, семьи которых были причастны к гонениям на одаренных и последовавшему за этим переделу денежных потоков и рынков сбыта. Именно они и создавали наибольшие сложности в процессе фактического объединения Пространства Дракона и Федерации, активно сопротивляясь ему. Более того, именно искомые личности начали через своих ставленниках в органах власти и парламенте страны пытаться заблокировать наши действия.
В конечном итоге, Ланчер предпочел пойти наиболее простым, хотя и крайне кровавым путем — ликвидация наиболее одиозных фигур и силовой захват их активов. В этом процессе были задействованы начавшие возвращаться с полей закончившейся войны с воргами подразделения ВКС. А это были далеко не те гарнизонные «офицерики», что дальше плаца не соизволяли высунуть нос. Речь шла о людях с реальным боевым опытом, в распоряжении которых имелись новейшие образцы вооружений, прошедших боевое крещение на войне с крайне опасным противником. Для них мини-армии корпораций, привыкших противостоять пиратам, запугивать гражданских и мешать патрульным службам МВД контролировать целые сектора Федерации, оказались не противником.
Стоило начаться этому процессе, как Ланчеру и его подчиненным пришлось столкнуться со всеми же проблемами, что вкусило Пространство Дракона. Ксеносы-мигранты, «землячества», шквал негатива в СМИ и социальных сетях, агенты влияния в органах власти, МВД и армии, угроза религиозных бунтов и рост недовольство гражданского населения в результате неадекватности демобилизованных военных.
Учитывая ситуацию, пришлось организовывать совместные комиссии, куда входили как представители Пространства Дракона и «Ордена Империи», так и чиновники и следователи федералов. Именно эти структуры, получив достаточно широкие полномочия, порой доходящие до права задержания и расстрела на месте, смогли навести порядок. Причем, особенно эффективны они оказались в тех случаях, когда речь шла об организациях, что находились в одной из наших стран, но свою откровенно подрывную деятельность вели в другой.