— Из любопытства, — с холодной иронией бросил мужчина. — Спишь ты с тем рыжим уродцем? Или ещё с кем-нибудь?
— Нет!! — вскрикнула девушка. На лбу рефлекторно выступил пот, дождь усиливался и с такой силой бил по крыше, что речь тонула в звуках ударов. — С чего… с чего вообще ты это решил?!
— Ты бедная. Нуждающаяся, — в зрачках мелькал пасмурный город. Губы исказились в странной улыбке. — Я подумал, тебе мог бы кто-нибудь платить за секс — на это ты и живёшь. А если нет, тогда на что ты живёшь?
— Боже, нет!! Вообще нет!! — она едва не задыхалась от возмущения, в плече отдавалась ноющая боль. — Я помогаю убирать университет, и мне платят зарплату.
— Понятно, — улыбка становилась всё шире. — Только это не ответ на мой вопрос.
— Мерзкий вопрос, — Одетт отвернулась. — Нет. У меня нет парня, и я ни с кем не спала. Зачем тебе это? Глумиться надо мной — твоё новое хобби?
— Я же сказал — просто любопытство, — он чуть закашлялся, прикрыв рукавом рот. — Иметь в виду. Вдруг однажды ты заявишь, что беременна? И решишь в своей комнатушке… родить?
— Не заявлю, — возмущение всё нарастало, от него темнело в глазах. Кулаки сжимались сами собой.
— Надеюсь на это, — молодой человек медленно моргнул. — Надо же, девственница. Верится с трудом, но я, конечно, сделаю вид, что ты говоришь правду. Как всегда.
— Я и так говорю правду, — хотелось попросить его остановить машину и выйти, но ливень продолжал набирать силу и буквально встал стеной. Сквозь серую воду нельзя было рассмотреть даже буквы на придорожных вывесках, тёмные облака неслись куда-то на север с жуткими белыми вспышками.
— А теоретически могла бы спать с кем-нибудь за секс? Если бы такое предложил человек, который тебе не противен, — Андертест медленно поворачивал на перекрёстке. — Или человек, м, тебе нравится?
— А ты мог бы? — Одетт злостно прищурилась. — Если бы молодая красивая нимфа заплатила тебе за ночь?
— Можешь не метать стрелки? Мы не в детском саду, — взгляд становился иронично-ленивым. — Да и потом. В моём случае этот вопрос неуместен, так как я не нуждаюсь в деньгах. А ты нуждаешься. Отсюда моё любопытство.
— Нет. Не могла бы. Как ни крути, я не вижу себя проституткой, — тело захлёстывала странная обида. — Не спрашивай больше о таком.
— Понятно, — тёмные зрачки в светлой радужной оболочке казались такими маленькими, что иногда девушка их даже не замечала. Мужчина чуть щурился, словно из-за недосыпа, и во вспышках молний на синяки под глазами падали тонкие тени от чёрных длинных ресниц. — Зонта у меня нет, до входа придётся пробежаться. Метров, наверное, десять, не больше. Ты в состоянии?
— Угу, — студентка повесила голову. — Порядок.
Он медленно остановился и заглушил двигатель. На серой плитке тротуара теперь рябила вода, из панорамных окон кофейни бил дружелюбный жёлтый свет, хотя обычно утром его не включали. Видно, мрак стал столь сильным, что есть стало попросту неудобно. Сколько ни присматривалась, Одетт так и не сумела прочесть вывеску, но зато отчётливо видела на ней стилизованную палочку корицы и два кубика сахара.
— Идём, — Эрен резко открыл дверь и вышел под холодный ливень. Рубашка моментально намокла, покрылась влажными пятнами, пряди волос слипались между собой, ковром ложились на спину.
«Он что, сошёл с ума?» — девушка обескураженно выдохнула. «Сплёвывает кровь и выходит под дождь?! Думает, что бессмертный, или что?!»
Она стиснула зубы, открыла дверь и шагнула следом. Тело тут же начало трясти от внезапного холода, намокал бинт. Ноги загребали глубокие лужи, с которыми не справлялись ливнёвки.
— Бежим, — Андертест быстро пошёл ко входу, и «сестра» едва за ним поспевала. Через пару минут он открыл перед ней стеклянную дверь — в лицо тут же ударил тёплый кофейный запах.
Как ни странно, посетителей было совсем немного. Видно, все, кто хотел позавтракать перед работой, уже это сделали, а те, кто хотел прийти на ланч, ещё не пришли. И, судя по силе дождя, вряд ли придут — Одетт с грустной улыбкой это понимала. «Брат» махнул рукой бариста, вальяжно прошёл внутрь и уселся возле окна за один из тёмных квадратных столиков.
После смерти отчима девушка ни разу не была в кафе. Деньги для неё стали стоить намного больше, чем просто чашка вкусного чая и хороший сэндвич из-под руки повара. Почему-то всё внутри заворачивалось в узел, даже боль в плече слегка отступала из-за этого чувства. Стены заведения были частично облицованы под кирпич, а частично окрашены в приятный тепло-бежевый цвет. Повсюду висели рамки с вырезками из старых газет, нарочито стильные фото — чёрно-белые вперемешку с блекло-цветными. Напротив тёмных квадратных столов стояли такие же тёмные стулья с зелёными сиденьями, а кое-где вместо них были широкие зелёные диваны. Для большой компании.