— И что мы с этим сделаем? Предскажем, кто купит новый скин для танка?
— Нет. — Мэт впервые за день поднял глаза. — Мы найдём тех, кто готов продать душу за скидку. Люди в играх… они откровеннее. Они злятся, влюбляются, тратят последнее.
В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь жужжанием серверов за стеной. Пол медленно повернулся:
— Ты говоришь как попрошайка, а если ИгроМир начнёт шантаж? Или регуляторы нагрянут?
— У них самих рыльце в пушку, — Мэт выдавил улыбку. — Они продают данные без согласия пользователей. Мы просто… арендуем их аналитику.
Пол встал со стула и подошёл к окну:
— Позови Ивана и Чена.
— Да, сейчас! — Мэт вылетел пулей из кабинета и вернулся через минуту вместе с ними. Они расселись за овальным столом из бука и покорно уставились на Пола.
В кабинете царил полумрак и лишь экраны мониторов отбрасывали голубоватый свет на собравшихся. Скрестив руки на груди, Пол стоял перед командой.
— Нам нужны персонализированные данные, — начал он, останавливаясь у окна. — Без них наша система это просто красивая оболочка.
Чен открыл ноутбук и поправил очки:
— Позвольте привести статистику. В мире более пяти миллиардов активных мобильных устройств. Каждое из них генерирует терабайты данных ежедневно, но получить к ним доступ… — Он покачал головой.
Иван, нервно вмешался:
— А что если создать простую игру? Пользователи будут сами делиться данными, думая, что они просто развлекаются. Мы составим их цифровой аватар и будем моделировать взаимодействие социальных процессов в реальном времени.
Чен тут же возразил. Его голос звучал почти профессорски:
— Пользовательские данные, — это не статическая картинка. Они динамичны и подвержены влиянию множества факторов!
— И что ты предлагаешь? — огрызнулся Иван.
— Необходимо разработать адаптивную систему сбора и анализа, — Чен говорил, будто читал лекцию. — Она должна учитывать временные ряды, сезонные колебания и…
— Чен, — оборвал его Пол, — давай без научных терминов. Возможно это или нет?
— Теоретически возможно, — ответил Чен, — но потребует значительных ресурсов и времени.
Мэт хлопнул в ладоши:
— Значит, делаем игру, а Чен пусть занимается своей адаптивной системой.
Иван кивнул:
— Я начну проработку концепции. Что-нибудь простое, но захватывающее.
Пол посмотрел на Чена:
— И ты тоже приступай. Только без этих твоих теоретически возможно. Нам нужна работающая система.
Чен вздохнул:
— Как скажете, но хочу заметить, что пользовательские данные это не игрушки.
— А жизнь это и не игра, — пробормотал Мэт, — но мы все почему-то играем.
Вся команда рассмеялась и напряжение в кабинете немного спало. Работа началась!
Глава 21. Двуликий Янус смотрит и в прошлое и в будущее
Офисное здание озарили первые лучики света. За стеклянными стенами мелькали редкие машины, а в конференц-зале, уже кипела работа. Пол разговаривал о чём-то по телефону с инвесторами, а Мэт сидел развалившись в кресле. Иван молча смотрел в окно, будто пытался прочесть ответ в узорах облаков.
— Итак, — Пол хлопнул ладонью по столу, заставляя Мэта вздрогнуть. — Сегодня мы должны дать новое имя нашему проекту. Мы вступаем в новую эру с большими данными и самыми современными алгоритмами. Предложения?
Мэт тут же оживился:
— «Нейросфера»! Звучит как галактика из будущего.
— Слишком общее, — Иван повернулся, — Это имя уже используют три стартапа в Кремниевой долине.
— Тогда «Астралис»! — не сдавался Мэт. — Как звёздный ветер.
— Звёздный ветер не продаёт, — проворчал Пол. — Нам нужно что-то с историей, но не заезженное. Что-то… двусмысленное.
— Почему именно двусмысленное? — спросил Мэт.
— Потому что наша система одновременно и анализирует данные, и создаёт их, — пояснил Пол. — Она смотрит в прошлое и предсказывает будущее.
Иван кивнул:
— Понимаю. Нужен символ двойственности.
— Может "Зеркало"? — предложил Мэт.
Иван задумчиво произнёс, поправляя часы:
— Может, тогда «Оракул»? В конце концов, она должна предсказывать будущее.
— Слишком банально, — отрезал Пол. — Нужно что-то более глубокое.
— А что если… — Иван сделал паузу, — назвать её "Янус"?
Мэт поднял бровь:
— Это ещё одна римская богиня?
— Бог, — поправил Иван. — Двуликий бог. Один лик смотрит в прошлое, другой в будущее.