— Знаете, что самое смешное в нашей профессии? — начал Иван. — Мы можем неделями сидеть над кодом, решая какую-то безумную задачу, а потом, когда уже всё работает, испытываем такое же удовольствие, как от прохождения уровня в видеоигре.
Чен кивнул:
— Точно! А помните, как мы недавно устроили соревнование, кто быстрее напишет скрипт для автоматизации отчётов? Я тогда всю ночь не спал, допиливал свой код, а утром Раджеш просто взял и использовал готовую библиотеку.
Раджеш скромно улыбнулся:
— Ну а что поделать, я всегда за эффективность.
— Знаете, что самое странное? — задумчиво произнёс Раджеш. — Мы можем часами спорить о том, какой язык программирования лучше, но когда дело доходит до веселья, нам достаточно просто посидеть вместе и поболтать.
— Это потому что мы особенные, — подмигнул Иван. — Программисты это единственные люди на свете, которые могут найти общий язык с машиной, но при этом не всегда могут нормально поговорить с человеком.
— Эй, я же человек! — шутливо возмутился Раджеш.
— Ну да, человек, который пишет код быстрее, чем большинство людей говорит, — пошутил Иван и все трое рассмеялись, поднимая стаканы за свою необычную, но так любимую профессию.
Разгорячённая троица подошла к стойке с напитками, которая была стилизована под терминал. Иван ткнул в сенсорный экран и заказал водку.
Чен с Раджешом одновременно уставились сначала на водку, а потом на Ивана. Первым не выдержал Чен:
— Ты с ума сошёл? — сказал он с нотками удивления и сожаления в голосе.
Иван налил водку в рюмки:
— Я пил вчера твою зелёную жижу, теперь ты просто обязан попробовать настоящую русскую водку. Раджеш?
— Могу за компанию, если Чен согласится, — сказал Раджеш и улыбнулся.
— Каждая рюмка убивает тысячи нейронов, — заявил Чен, тыча в экран. — Эритроциты это красные кровяные тельца, которые отвечают за доставку кислорода в крови. Из-за алкоголя они лишаются своего заряда, слипаются, закупоривают капилляры и возникает гипоксия. В результате этого блокируется доступ кислорода к нейронам и они отмирают. Ты буквально убиваешь свои синапсы алкоголем.
— Это от сивухи всякой они гибнут, а от хорошего качественного продукта, наоборот, только рождаются новые!
Раджеш не выдержал:
— А как тогда люди выживают после больших доз алкоголя?
Чен был готов к этому вопросу:
— В нашем организме предусмотрен огромный запас капилляров, которые замещают функции отмерших клеток. Если это касается мозга, то отмершие синаптические цепочки перестраиваются, замещая утраченные нейроны!
— Вот видите, всё предусмотрено в природе, чтобы мы с вами могли выпить и расслабиться! — сказал Иван с улыбкой на лице. — А потом нейроны отрастут, как ногти.
Чен развернул модель мозга на планшете, где анимированные нейроны гибли под каплями воздействия алкоголя.
— Вот контрольная группа трезвых программистов, а вот те, кто пьёт. Видишь сокращение серого вещества? Через пять лет ты деградируешь до уровня примата.
Иван наливал водку, щурясь на анимацию:
— А ты знаешь, что Достоевский и Толстой пили как лошади? И написали книги толще твоих дата-сетов.
— Они жили до изобретения языков программирования, — парировал Чен. — И умерли от проблем с печенью.
— У нас это называется прокачать стрессоустойчивость, — Иван разлил водку по стопкам. — В России холодно, баги бессмертны, а водка это радость для души.
Иван пододвинул бутылку:
— Ты же сам говорил про важность личного опыта в аналитике. Ну так протестируй гипотезу! Одна рюмка для науки.
Чен замер. Его пальцы дрогнули то ли от ужаса, то ли от любопытства.
— Я… не могу. Это нарушит…
— Жизнь это сплошной баг, — перебил Иван. — Иногда надо перезагрузиться.
Чен нехотя взял рюмку в руки. Друзья синхронно подняли рюмки, чокнулись и выпили. Чен тут же скривился, будто глотнул кислоты.
— Как вы это пьёте? Это же дезинфектант!
— Ты просто не закусываешь, — засмеялся Иван. — Надо закусывать!
Раджеш сидел с глупой улыбкой на лице и молчал.
Через несколько минут Чен захмелел:
— Интересно… Алкоголь это плацебо для лимбической системы! Ощущение решения проблем иллюзия, но приятная.
Довольный Иван налил ещё:
— Видишь? Ты уже говоришь, как нормальный человек, а не как робот.
Раджеш достал телефон и включил камеру:
— Чен пьёт! Мир перевернулся! Я должен это заснять!
Иван встал со стула и громко произнёс: