— Не было выбора? — повторила сквозь слёзы, которые окончательно застилали мне глаза, превращая всё вокруг в смазанное пятно. — А как же я? Как же мои чувства? Ты просто сделал вид, что ничего не было!
— Но ты ведь сама дала мне понять, что между нами ничего не может быть… — он коснулся своим лбом моего. Рука нежно поднялась к моей щеке, стирая слёзы, а затем его губы накрыли мои.
Сопротивление исчезло, словно его никогда и не было. Поцелуй, наполненный болью и горечью разлуки. Он не спешил, как и в тот первый раз, когда я подарила ему свой поцелуй. Такая же нежность, такое же трепетное прикосновение. Его губы плавно двигались в такт моим, и будто только сейчас я позволила себе вдохнуть. Будто только сейчас я ощутила биение своего сердца.
Оно буквально оживало рядом с ним.
Его язык осторожно скользнул по моим губам, прося разрешения проникнуть глубже. И я ответила, окончательно теряя рассудок. Я охватила его лицо ладонями и ощутила колючую щетину, которая хоть немного позволяла мне оставаться в реальности. Эти сильные руки продолжали скользить по моей спине, притягивая ближе, не оставляя между нами ни миллиметра расстояния.
Мгновенно по моему телу прошла волна жара, которая основательно закрепилась внизу моего живота, отдавая болезненной пульсацией внутри. Руки сами собой опустились ниже к его груди, и под своими ладонями я ощутила рельеф накаченных мышц.
Он был для меня идеален, и это была настоящая пытка.
Я не чувствовала такого потрясающего поцелуя уже много лет. Эти нежные прикосновения не обязывали к чему-то большему, хотя глупо было отрицать, мне хотелось этого. Его тело или моё — мы оба горели, и это тепло было настолько сильным, что мне становилось трудно дышать.
— Эльвира… — прошептал он, с трудом отрываясь от моих губ. Дыхание было прерывистым, голос дрожал от эмоций. — Я знаю, что натворил. Знаю, какую боль причинил тебе, но прошу, дай мне шанс.
— Нет! — Резким движением я оттолкнула его, и пиджак соскользнул с плеч, упал на холодную землю. Порыв ветра тут же пробрал меня до костей, возвращая к чудовищной реальности.
Ваня замер, в глазах читалась нескрываемая боль.
— Эльвира, пожалуйста…
— Я не могу так. У меня есть Макар.
— Но он же отвратителен! Скажи мне, ты правда его любишь? — Он сделал шаг вперёд.
— Это не имеет значения, — наконец выдавила я, отступая назад.
— Скажи мне правду, Эльвира!
Но я не могла. Не могла сказать правду.
Потому что если останусь здесь хоть на секунду... то потеряю всё. Свою карьеру, мечты, стабильность. Предам доверие родителей, которые столько в меня вложили. Разрушу всё, что строила годами.
— Я ненавижу тебя, Ваня, — слова дались с трудом, но я должна была это сказать. — Ненавижу за то, что ты сделал со мной. Уходи и не возвращайся. Слышишь? Никогда не возвращайся.
Я развернулась и почти бегом побежала из парка. Слёзы продолжали течь по щекам, размывая огни ночного города перед глазами. Сердце разрывалось от боли, но я знала это правильный выбор.
Добежав до ближайшей скамейки, упала на неё, пытаясь отдышаться.
Телефон завибрировал в сумке. Макар.
«Где ты?».
«Скоро буду».
Ветер трепал мои волосы, пока я сидела обхватив себя руками.
Холод пробирал до костей, не только физический, но и душевный.
«Я должна забыть».
Но где-то глубоко внутри я знала — забыть не получится. Никогда.
8 глава
Эльвира.
В отель я вернулась лишь к полуночи. Нужно было собраться с мыслями, прийти в себя после всего произошедшего. Макар не спал, он всё так же сидел за ноутбуком в полутёмной комнате. Не проронив ни слова, я мгновенно скрылась за дверью ванной, прежде чем он успел что-либо сказать.
Оперевшись руками на раковину, подняла голову и посмотрела в своё отражение. Красные, опухшие, заплаканные глаза, раскрасневшиеся губы, сбитое дыхание.
Меня всё ещё била крупная дрожь, и я не могла поверить в то, что поцелуй с Ваней мог вызвать во мне такую сильную реакцию.
Вспоминая последние слова, которые были сказаны ему, я ощущала в сердце невыносимую боль, это ещё раз доказывало, что нет никакой ненависти, даже если мне так сильно хочется её почувствовать.
Струи горячей воды яростно били по телу, будто стремились смыть из памяти сцену в парке. Но всё было тщетно… Губы еще хранили вкус поцелуя, волосы пропитались ароматом парфюма, а кожа горела там, где касались его руки.
Я оперлась на холодную кафельную стену и начала глубоко дышать — резкий вдох, медленный выдох. Этот способ всегда помогал мне успокоиться, будь то перед выходом на подиум или важной фотосессией.