Макар отложил столовые приборы и внимательно посмотрел на меня. Его взгляд прошёлся по лицу, затем спустился ниже, становясь всё более собственническим. Он всегда так смотрел на моё тело, будто оно принадлежит не мне, а ему. Затем кивнул, словно делая какой-то важный вывод.
— Да, ты права, — подытожил он и резко встал из-за стола.
Я нахмурилась и поднялась следом, не понимая, к чему всё идёт.
— Мне пора. Проводишь? — голос вновь звучал отстранённо.
— Конечно, — ответила я и провела его до двери, всё ещё не понимая, почему Макар так резко решил уйти.
— Завтра вечером ты свободна?
— У меня съёмка до десяти где-то...
— Хорошо, заеду за тобой.
— Куда-то пойдём? — не удержалась от вопроса.
— Узнаешь, — загадочно ответил он. — Спокойной ночи, Эльвира.
9 глава
Ваня.
Мне пришлось сдержать слово, данное Паше. Я шел на свидание с Ангелиной, хотя мои мысли были заняты только Эльвирой.
Поправляя галстук перед зеркалом, пытался привести себя в порядок после тяжёлой ночи. Вчерашний алковечер сменился жутким похмельем и тошнотой. К вечеру стало немного лучше, но такой образ жизни не приведёт ни к чему хорошему.
В голове снова и снова звучали её слова: «Я ненавижу тебя, Ваня».
Они разрывали моё сердце на мелкие кусочки, окончательно убеждая меня в том, что мы не можем быть вместе. Эльвира уехала, и внутренний голос твердил, что она больше не вернётся. Мне нужно забыть её и позволить ей быть счастливой с тем, кто ей подходит.
Но сердцу не прикажешь.
До ресторана, где мы должны были встретиться с Ангелиной, я добрался на такси. По пути купил небольшой букет ромашек, её любимых цветов, о которых узнал от Любы.
Мне казалось, что это правильно — дарить цветы на первом свидании. Хотя на нормальные свидания я не ходил.
Внутри же у меня не было ни трепета, ни надежды на хороший вечер, только горечь и тоска. Избавиться от которых было невозможно, лишь надеялся на то, что это пройдёт само.
К моему удивлению, у ресторана мы оказались одновременно.
— Привет, — застенчиво поздоровалась она.
— Привет. — Натянул улыбку и протянул ей цветы. — Это тебе.
— Мои любимые, — с улыбкой произнесла Ангелина, заправляя прядь волос за ухо.
— Рад, что угадал, — солгал я. — Тогда идём?
Мы заняли забронированный столик и сделали заказ, хотя есть совсем не хотелось, буквально кусок не лез в горло. Обстановка вокруг была тихой и спокойной, но Геля не сводила с меня восхищённого взгляда, что только усиливало моё смущение.
С ней мы встречались пару раз на дне рождения Коли. Обычная милая девушка, лет двадцати пяти, миниатюрная, худенькая, невысокого роста. Её внешность была приятной, располагающей к себе, но…
Невольно я ловил себя на том, что сравниваю её с Эльвирой, хотя понимал, что это бессмысленно.
Эльвира была другой.
Высокой, статной, с особенной чертой, которая делала её непохожей на других. Про её красоту я мог говорить бесконечно, но даже всех самых приятных слов в мире не хватит, чтобы описать, какой она была идеальной в моих глазах.
А Ангелина… Она тоже была красива, но я не мог оценить эту красоту по достоинству.
Ведь в сердце у меня жила другая женщина.
Наше неловкое молчание затягивалось. К счастью, принесли еду, немного сглаживая неловкость.
— Слышала, что ты работаешь на Пашу, — начала она, аккуратно нанизывая на вилку овощи из салата.
— Да, — ответил коротко, делая глоток минералки. Вид еды всё ещё вызывал чувство тошноты.
— И как тебе? Всё нравится?
— Особого выбора у меня не было. Он мой брат, просто помогаю ему.
На самом деле вопрос работы остро меня беспокоил. Охрана — это единственное, что я знал до мелочей, где чувствовал себя в своей стихии.
Всю жизнь я был тенью Паши, следовал за ним по пятам и никогда не задумывался о своём будущем. Месть Юре была единственным, что придавало смысл моему существованию, а теперь, когда мы заключили мир, я оказался не готов к последствиям этого решения.
— У тебя есть семья? — осторожно поинтересовалась Геля, и этот вопрос попал точно в цель.
После ухода родителей у меня не осталось семьи. Дом Орловых так и не стал мне родным. Единственным близким человеком был Паша, который дал мне всё, что я сейчас имел
— Давай поговорим о чём-нибудь другом, — выдавил из себя улыбку, скрывая эмоции за моей привычной маской. Очередной глоток воды показался горьким, как и весь этот вечер.
— Ладно, — прошептала она, продолжая есть салат.
Где-то внутри меня взыграла совесть, и я понял, что так больше не может продолжаться.
Я не могу быть с ней искренним ни в эмоциях, ни в разговорах. Мне не хочется делиться с ней своими мыслями, хотя я рассказал Эльвире о своей семье, когда мы были едва знакомы, и тогда это казалось мне правильным решением.
— Послушай, Ангелина, сегодня слишком тяжёлый день, и сейчас я не совсем гожусь в нормальные собеседники, — аккуратно начал, виновато улыбаясь. — Давай вызову тебе такси?