Разумеется, правительства всех стран замалчивали появление мутантов так долго, как это было возможно. Но время шло и, когда скрывать а, вернее открыто не признавать то, что и так знали все, то есть факт существования людей с маленькими пока, но всё-же сверхъестественными способностями стало просто невозможно, пришло время брать "волшебников" под контроль.
Словно из ниоткуда, а на самом деле из самых различных миров Содружеста в эту локацию прибыли Альфа-разумные. Их легализовали и Альфы приступили к работе. Которая, по большому счёту заключалась в том, чтобы "не дать маленьким засранцам зазнться". Ну и "зазвездиться". Как стали воображать о себе невесть что, затем почувствовали себя полубогами и... были уничтожены их предшественники.
Отцу Аими, императору Японии Тосибу Йошихаре, Мей ненавязчиво рекомендовал правитель соседнего Китая. В доверительной беседе по закрытой линии лидер Поднебесной вскользь упомянул о том, что его внучка умеет левитировать. И, негодница такая, забавляется паркуром.
Прыгая с тридцатиметровой крыши доводя до обморока родителей и вызывая инфаркт у многочисленных нянек. И что помочь в решении проблемы смола совсем молоденькая учительница, выписанная им полгода назад из Англии. Он, лидер поднебесной, краем уха слышал, что любимая дочь Императора тоже растёт хм-м... непоседой. И, если нужно, то может шепнуть венценосному собрату адресок.
Так во дворце появилась Мей. Гувернантка оказалась вовсе не дочерью туманного Альбиона и даже не европейкой. Да, оно и к лучшему. Гайдзин, он всегда гайдзин. А филиппинцы, хоть и отсталый, по меркам Японии естественно, но вполне себе понятный и вписывающийся в картину мира Императора народ.
Разумеется, все документы Мей были в полном порядке. Рекомендации выше всяких похвал. А заявленные таланты, как-то: владение шестью языками, выполнение международных нормативов на звание мастера спорта по плаванию и гимнастике, уверенные знания высшей математики, физики и химии, проверяли преподавателю лучших высших учебных заведений Японии.
- Ваше величество. - С поклоном и преданно глядя в глаза императору сказал ректор Токийского университета. - Опасаюсь спрашивать, в каком месте на нашей планете ограняют подобные бриллианты. Но если, по какой-нибудь причине уважаемая Мей Синг вдруг вызовет высочайшее неудовольствие, то не спешите отсылать её обратно. Место ей найдётся на любой кафедре в нашем заведении.
Сам того не зная, заслуженный учёный попал прямо в точку. В этой локации такие таланты взращивать ещё пока не научились.
Конечно, такое счастье нужно было самому. Император подозревал, что всё не так просто. И выгнать Мей из дворца не получится ни при каких обстоятельствах. Да и прецедентов, за ставящих уважаемую Мей Синг покинуть место воспитателя и наставника младшей дочери императора лучше всеми силами избегать.
Девушки закончили тренировку и, приняв душ, поднялись на верхнюю палубу. До прибытия в маленький индонезийский порт, где в гостинице дожидался спасённый из морской пучины принц Генрих, оставалось каких-то полчаса.
Катера береговой охраны встретили императорскую яхту и корабли сопровождения в территориальных водах. И, поскольку все протоколы были согласованы заранее, никаких формальностей, вроде таможенного досмотра, проверки документов или - три раза "ха" - досмотра багажа, не последовало.
На пирсе делегацию, состоящую из Аими, Мей и капитана и офицеров императорской яхты встречали местный мер, представители ВМФ Индонезии в лице капитана первого ранга и.. член дипкорпуса Японии, по такому случаю спешно прибывший на вертолете в этот Богом забытый городок.
- Ваше Высочество, сэр, леди. - Учтиво поздоровался мер и низко поклонился.
- Добрый день, господа, - широко улыбнулась в ответ Аими.
После взаимных расшаркиваний пауза несколько затянулась. Когда неловкое молчание длилось уже секунд двадцать капитан императорской яхты, сдержанно кашлянул.
- В-в-ваше величество, - отчего-то запинаясь и покрывшись мелкой испариной проблеял дипломат, - он... исчез.
- Как исчез? - В голосе принцессы звучало неподдельное изумление. - Два раза подряд?
Глава 9
Лицо служащего японского посольства выражало вселенскую скорбь. Как-будто именно он виноват в том, что загадочным образом появившийся скандинавский жених принцессы Аими так же непостижимо, как и появился, "пропал с экранов радаров". И именно он, ни в чём не повинный чиновник, готов взять на себя полную ответственность и при малейшем намёке со стороны Её Высочества, моментально сделать сеппуко.