- Извините, господин Генрих. - Сдал назад Увайс. - но как прикажете тогда к вам обращаться.
Я на минуту задумался. И снова не пришёл к какому-нибудь решению. Понятно, что среди аристократов, наивно считающих что это именно они "правят" в этой локации, выдавать себя за особу королевских кровей себе дороже.
Спесью не вышел. Да и, помешанные на "родовой чести" и прочих симптомах психических отклонений, свойственным здешней паразитирующей прослойке, аборигены сгоряча и зарезать могут. Как самозванца, коим я в их глазах и являюсь. И никого не будет волновать, что "невиноватый я" и "меня просто назначили".
- Просто Генрих. - дал понять я, что ни в коем разе не претендую на чужой титул. - И тут же полюбопытствовал. - А что, этот сюжет так часто показывают в новостях?
Увайс не стал переспрашивать, что за "сюжет" я имею в виду. Да и, наверное, прежде чем привезти меняв свою резиденцию, он всяко прошерстил Интернет в поисках сведений о таинственном белобрысом пареньке, так внезапно ворвавшемся в его, хоть и наполненный опасностями, но такой простой и понятный мир.
- Ну, с Титаником по известности вы поспорить не можете. - Сыронизировал господин Увайс. - Но, согласитесь, не каждый день в наших краях случаются катастрофы подобного рода.
- Давайте пока оставим этот разговор. - Уклонился я, не желая ни подтверждать ни опровергать собеседника. - И позвольте мне, наконец. отдохнуть.
Мы покинули палату, вышли во двор и поднялись на второй этаж соседнего дома. Это явно были апартаменты для почётных посетителей, состоящие из гостинной и спальни и имевшие совмещённый санузел. Чистенько, не так чтобы уютненько, но "жить можно". К тому же, после двух недель вынужденного пребывания в стазисе я настолько был рад оказаться во внешнем мире, что готов был переночевать в собачьей конуре.
Итак, подведём итог. Инфильтроваться, то есть незаметно проникнуть, чтобы потом ассимилироваться среди местных и спокойно жить не удалось. Благодаря чудовищной череде случайностей, моё появление в здешней локации скорее можно назвать булыжником, кинутым в окно.
Ну, не то чтобы огромной такой каменюкой, с шумом и треском залетевшей в жилище мирных граждан с улицы. Скорее так, маленький камушек, разбивший форточку и оставивший после себя совсем незначительное количество осколков.
Который, при определённом стечении обстоятельств вполне способен затеряться в этой самой комнате. Закатившись, к примеру, под стол. Во всяком случае, я всё ещё очень надеялся тихо исчезнуть, не привлекая к себе внимания. И свято верил в то, что местные жители, занятые собственными разборками, напрочь забудут обо мне. И как можно скорее.
Увайс же, переполненный надеждами, зашёл в комнату спящей дочери. С болью посмотрев на то, во что превратилась некогда цветущая девушка он тихонько закрыл дверь и проследовал в супружескую спальню.
Постаревшая, но всё такая же тонкая Юнхи, превратившаяся из когда-то преследовавшей его забавной молодой девочки в привлекательную и любимую женщину тоже спала. Увайс был мудрым человеком. И, не стал заранее обнадёживать супругу. Ведь он и сам, положа руку на сердце, до последних минут не верил в чудо. И даже теперь, воочию убедившись в реальности происшедшего, он боялся сглазить.
Вдруг Боги, чей гнев пал на Вэймин, и которые вдруг решили смилостивится, вновь отвернутся он семьи Увайса Нарула? Поэтому, как Увайсу ни хотелось разбудить Юнхи, чтобы и поделиться радостной новостью, делать этого он не стал. Нет ничего хуже неоправданных надежд. Ведь мысли о том, чего мы хотим так часто портят нам удовольствие от того, что мы имеем.
Говорят, что от большой любви рожаются красивые дети. И это поистине так. Ведь плод союза Юнхи и Увайса, маленький пищащий комочек что появился на свет в одной из лучших клиник Гонконга, со временем превратился в хорошенькую девочку. Щеголяющую большими бантами и с упоением смотрящую аниме про юных волшебниц с волосами всех цветов радуги.
Потом девчушка выросла, преобразившись в прекрасную девушку. Банты исчезли, а вот увлечение аниме осталось. Равно, как и цвет волос, в зависимости от настроения в времени года, то и дело менявшийся на совершенно противоположный и пестревший всеми оттенками радуги.
На жестком диске Веймин хранились сотни гигабайт приключений юных волшебниц. Она буквально бредила ими. Входила в один и фанклубов, часами обсуждая в чатах и учавствуя практически в каждом споре и "разборе полётов" очередной серии.
Что уж говорить о косплее? Косплеить любимых героинь стало одним из любимейших занятий Вэймин. Всевозможные тусовки, тематические сборища и прочая суета, глядя на которую любой другой лишь снисходительно усмехнётся, составляли немалую часть жизни Вэймин. Да что говорить, собственно говоря, это и была её настоящая жизнь.