- И как тебя муж терпит? - поправляя очки, Ефим театрально посмотрел в потолок.
- Он у меня понятливый, - не осталась в долгу ведьма.
- Саракондра! - он звонко поцеловал её в губы.
- Демон! - раздался ещё один поцелуй.
Пила ли? Ела ли? Это не важно. Книги - вот она - цель. Заветное желание одно: поскорей узнать всё, чем они могут удивить. Впитать потоки запретных для диких ведьм знаний, разрушить стену неведения и обрести пока неподвластную силу. Азарт, щекотка в душе, дрожь в кончиках пальцев. Спина затекла, ноги не ощущают пол, глаза жадно выхватывают из нескончаемого потока сначала самое-самое; затем всё подряд. Настольная лапа мигает от натуги, где-то там, слишком далеко, наверное, в реальной жизни, слышны знакомые шаги и еле различимые слова, кажется, о чём-то вредном. Вот одна из рун скорчила страшную рожу. Ковыляя на шести конечностях-загогулинах, пытается скрыться за своими подругами – такими же уродцами. А те, не желая ощущать её рядом, брыкаются словно дикие, бесформенные лошадки. Нахалка пробует улизнуть на другую страницу, но поздно: её значение раскрыто. Урок усвоен. Где следующий символ?!
Ефим дал сотрудникам внеплановый отпуск. В то время, как весёлая компания молодых юристов закупала в соседнем супермаркете шампанское, сладости и продукты посущественней, глава конторы складывал в тележку для покупок кофе, чай, готовые блюда из кулинарного отдела. Сара занята. Саре нужно помочь. Чашечку кофе подсунуть и то дело.
***
Арончик вышел из клетки, потянулся, прислушался, принюхался. Гулкая тишина настораживала. Не слышно даже сопения крыса. А ворон, похоже, превратился в статую на жёрдочке? Традиционно в это время пернатый любил чистить перья. Его клюв издавал странные звуки, накидка на клетке шевелилась, а затем, видимо, задетая крылом, сползала на пол. В чём же дело? И где гадюка? Почему аквариум пуст? Его стенки столь высоки, что куб из стекла не накрывают ни тканью, ни мелкой решёткой. К тому же, периметр дома, двора и сада заговорен на совесть. Удрать за его пределы невозможно.
Солнце ещё не взошло, но всякий уважающий себя спутник должен проснуться до рассвета, выполнить часть поручений и заняться самообразованием. Впрочем, непотомственных это не касается, они даже говорить не умеют, а уж какие-либо серьёзные поручения выполнять - это из раздела фантастики.
Шестое чувство сработало безотказно. Секунда, и два куска мешковины с шелестом упали на мраморный пол. Ворон сидел на дне клетки, напыжившись. Казалось, он так перепуган, что боится пошевелиться, но нет: здесь что-то другое. А вот крысу, похоже, нужна экстренная помощь. Гадюка, плотно обвив тельце грызуна, умудрилась его придушить. Альбинос безвольно обмяк, равнодушная к происходящему морда откинулась назад, длинный розовый хвост вытянулся верёвкой.
- Дура! - открывая трясущимися лапами клетку, громко прошептал Арон. - Ненормальная! За что? Немедленно отпусти!
Гадюка и не думала слушать приказ. Безопасная пасть растянулась в торжествующей улыбке. На мгновение коту показалось, что тварь надсмехается! В колючих как жало глазах плещется торжество с примесью сумасшествия! Цепкий взгляд бежит вдоль по телу, заставляя лапы буквально примёрзнуть к полу, заполняющий душу ужас овладевает рефлексами, разумом...
Подавшись вперёд, а затем назад, Арончик кивнул и почему-то чихнул. Наваждение рассыпалось в пыль.
- Я сказал: отпусти, - спокойствие в голосе спутника, безукоризненная координация движений и готовность атаковать, если понадобится, заставили гадюку ослабить хватку.
Стукнув по клетке ворона так, что та чуть не перевернулась, Арон услышал корявое: "Карраул!"
- Поздно кричать. Раньше надо было. Выходи, будем против ползучей дружить, - проронил кот встрепенувшемуся соседу.
Вытянув шею, словно гусь, одноглазый приятель медленно и с очень недобрыми намерениями последовал за шагнувшим в клетку крыса Ароном. Вдвоём, кое-как, они вытолкали змею и её жертву наружу.
- Отпусти, или придётся отрезать тебе голову. Я умею пользоваться ножом, - взгляд фисташковых глаз обещал при необходимости исполнить угрозу. - Если мы не будем действовать заодно, наши хозяйки не смогут помочь ни нам, ни себе. И если ты настолько верна своей ведьме, что готова придушить тех, кто может послужить самозванке дополнительным источником силы, должна понять главное: не выживем мы - не сохранит власть Сигурия, не продлится перемирие между дикими и учёными ведьмами, не будет наказана вседозволенность. Ясно? Или слухи о мудрости змей – это миф?