Ещё какое-то время Ефим наблюдал за тем, как Сара достаёт из шкафа одежду, прикладывает к себе и отшвыривает за спину в неопределённом направлении. А надев то, что и так было заранее приготовлено на спинке стула, схватила метлу, затянула ремень на старых джинсах потуже и удалилась. В смысле просто исчезла. Одежда, нужно заметить, тут же самостоятельно вернулась в шкаф. И чары Ефима здесь ни при чём. По всей видимости, дико-учёная ведьма теперь лихо управляется с несколькими видами магии одновременно.
- Их уничтожают, Сара, - печально прошептал демон, глядя куда-то в стену. – Их уничтожают ни ведьмы, демоны или люди, этих творений убивают собственные родители, как только подобное создание появится на свет. Таков закон потомственных спутников. Увы. Вряд ли тебе улыбнётся удача в поисках неликвидов. Но попытаться стоит. Во всяком случае – это твоё право.
Открыв портал с помощью руны перемещения, Сара оказалась на берегу лимана. В руке женщина всё ещё сжимала так и не пригодившуюся метлу. Прутики печально торчали в разные стороны, и ведьма заметила: подобные скачки в пространстве не лучшим образом сказываются на магическом инвентаре.
- Прости, дорогая, - глядя на метлу, прошептала ведьма, - не думала, что обижу. Но времени нет, чувствую это всем сердцем. Потерпи, свыкнешься. Не знаю, пригодишься ли сегодня, но обиду не копи: нам с тобой без Арона и жизнь не жизнь. Ты ведь сама привыкла к тому, с каким усердием он за тобой ухаживает.
Метла заметно воспряла духом: прутики потянулись друг к другу, образовывая правильный контур, черенок стал светлее и даже чуть ярче. Как только хозяйка поддавалась унынию, это сказывалось на всех принадлежащих ей вещах. А метла доброго кота-спутника сразу полюбила, да и он её ни разу не обидел, наоборот, ежедневное внимание и забота были ей приятны. Вернуть Арона оказалось делом чести не только для Сары. Каждый угол дома по спутнику скучал, что уж тут говорить. Даже несгораемые магические свечи, которые Сара жгла, не щадя, пытаясь выяснить, в каком направлении искать Арона, терпели и старались так, как никогда ранее.
Пройдя несколько улиц вверх, Сара остановилась у калитки, на которой висел почтовый ящик с номер восемь. Домов в посёлке было мало, и все похожи друг на друга: крыши из шифера, стены из красного кирпича, впереди сад, сзади огород, вьюнок вдоль забора, рыбацкие сети во дворах сушатся, ждут своего часа.
- Марина! – Крикнула ведьма не громко, а так чтобы слышно, но не всем. Здесь такая же, дикая, жила, ещё в детстве познакомились, но крепкой дружбы, к сожалению, не сложилось. Так, время от времени созванивались, да и то по пустячным вопросам, чаще всего о кулинарии говорили, или о том, какая погода в городе, и какая «на лимане». А деревенька-то так и называлась «Лиманово».
- Иду, не кричи: внуки спят. Еле уложила. Невестка привезла и тут же в город укатила. А им к бабушке в деревню на побывку – не в радость. Тихо здесь у нас, интернет в дом не проведён, телевизор ещё чёрно-белый, не смотрю я его никогда. Да заходи-заходи, рассказывай, что стряслось, раз собственной персоной осчастливила?
- Стряслось, Марина. И «стряслось» – неподходящее слово.
Через четверть часа Марина одной рукой разливала по чашкам чай, а второй размахивала над столом, словно мельница одиноким крылом.
- Не втягивай ты меня во всё это! Куда мне с моими внуками в великие разборки соваться?
- Я тебе не предлагаю на войну идти, с родней прощаясь. Ты мне только скажи: знаешь что-нибудь об остальных, таких же, как мы?
- Сара, я не такая. У меня спутника не было, и нет, я кроме карт и трав никакой магии не признаю. Даже живность не держу. Петух да десяток кур – вот весь мой сельский арсенал.
Сара посмотрела в направлении палисадника. Там, важно разгребая лапами землю, созывал пеструшек Петя-петушок.
- А не тот ли это петух, который ещё Василия твоего по двору гонял. Мне тогда, помнится, лет восемь было, а ты уж почти заневестилась.
- Не заневестилась ещё. Ты подруге лишних лет не приписывай.
- Марина, это тот же петух! – Сара поняла, что не одна она своих «тараканов» прячет. – Он у тебя что, как птица Феникс – время от времени возрождается?
Марина дёрнулась и сжала кулаки.
- Замолчи, слышишь? Не твоего ума дело. А ещё лучше – просто уходи. Не о чем нам с тобой говорить.