Вместо этого я жду, пока слёзы закончатся, умываюсь и заплетаю волосы в косы, прежде чем поставить будильник и разложить одежду на первый день осеннего семестра. Я дважды и трижды проверяю своё расписание, собираю рюкзак — делаю всё, чтобы отвлечься от давления в груди.
В конце концов мне удаётся вымотать себя. Я тянусь за телефоном на столе, где сейчас играет «Striptease» группы Carwash из плейлиста Сэди. Пока певец тихо напевает из динамика, я замечаю текстовое уведомление.
НЕИЗВЕСТНЫЙ
Завтра всё ещё в силе? Кстати, это Фредди.
Под ним целая строка случайных эмодзи с несколькими горящими сердечками и подмигивающими лицами, а также несколько стопок книг.
Я ввожу «Фредди» в строку «Новый контакт», прежде чем прикусить губу и стереть его. Я не переписываюсь со своими учениками, предпочитая электронную почту, чтобы сохранять профессионализм в среде, где я часто оказываюсь одного возраста или младше тех, с кем занимаюсь. Если бы Сэди или, не дай бог, Тайлер увидели его имя в моём телефоне, у них было бы больше вопросов, чем у меня ответов.
РО
Да, перед уроками. Я ещё раз всё проверю перед предварительным тестом.
УЧЕНИК
Это похоже на списывание… мне нравится.
РО
Это не списывание. Просто подготовка к тесту, как я делала бы с любым другим студентом. Увидимся завтра.
УЧЕНИК
Ты не спросишь, как я узнал твой номер?
В животе у меня порхают бабочки, всё настойчивее и настойчивее. Переписываться с ним не похоже на часть моей работы, это похоже на флирт. На волнение и шутки. Ты его репетитор, напоминаю я себе. А не друг.
РО
Спокойной ночи. Поспи немного перед завтрашними занятиями. Отдых важен.
УЧЕНИК
Сладких снов, принцесса.
В конце последнего сообщения есть подмигивающий и улыбающийся смайлик, но я отмахиваюсь от него так же быстро, как от своих разгорячённых щёк. Я подключаю телефон к зарядке и переворачиваюсь, чтобы попытаться уснуть, но вижу во сне, как Фредди подмигивает и посылает мне воздушные поцелуи.
••••
Как только я вхожу в офис, напряжение нарастает, и все разговоры стихают.
Это странное чувство, к которому я в основном привыкла. Будучи единственной девушкой на факультете, я настороженно отношусь к парням, которые заправляют этим местом, но Тайлер — их главарь и мой бывший парень, так что я всегда ожидала, что, возможно, это поможет мне занять место среди них.
И всё же…
— Доброе утро, — говорю я, подходя к своему столу, чтобы положить рюкзак на стул и собрать волосы в пучок, чтобы они не мешали. Я иду по офису, и тревога о том, как Тайлер может себя повести, особенно перед его любимой публикой, заставляет мой живот сжиматься и потеть.
— Ро, — улыбается Тайлер, но улыбка у него натянутая и напряжённая. Он идёт ко мне, а вся команда осторожно ступает позади немного, словно хочет подслушать, но думает, что делает это незаметно. — Мы можем поговорить, детка?
Мой желудок сжимается. Я хочу сказать «нет», потому что меня уже немного подташнивает, а то, как он смотрит на меня, говорит о том, что это чувство, вероятно, будет только усиливаться.
Вместо этого я говорю:
— Конечно, — и улыбаюсь, хоть и неловко.
Мы заходим в один из небольших учебных классов — в офисах их всего три, которые в основном используются для встреч преподавателей и студентов или дополнительного времени для тестирования, но сейчас все они пусты.
В комнате есть окна от пола до потолка, из-за чего я чувствую себя так, будто нахожусь в аквариуме, а все наши однокурсники наблюдают за нами, готовые постучать по стеклу.
— Мы с ребятами говорили о вступительных экзаменах, и я просто… — он замолкает, проводя рукой по своим взъерошенным каштановым волосам. — Может, тебе стоит попробовать поступить на одну из других специальностей?
Я хмурю брови, сердце начинает биться быстрее, и я пытаюсь сохранять спокойствие.
— Я ещё даже не пыталась. До подачи заявки ещё два месяца. Я не… Почему ты…
— Эй, — говорит он. — Не переживай из-за этого. Это просто предложение.
Я думаю, что моя реакция вполне нормальная, учитывая, что он входит в приёмную комиссию вместе с Тинли.
— Я не понимаю. Ты сказал, что моя идея для дипломной работы идеальна…
— Забудь, что я сказал. Твоя идея великолепна, Ро. Ты гений, — говорит он, нежно обнимая меня. — Я чувствую, что всё сведётся к тому, кто из вас с Марком получит место, а он играет грязно. Я не хочу, чтобы ты расстраивалась из-за всей этой неразберихи. Я забочусь о тебе.
Марк действительно играет нечестно. Он удалил одну из моих работ на втором курсе, когда мы оба претендовали на один и тот же грант. Как объяснил Тайлер, Марк отчаянно хотел остаться в Уотерфелле после того, как родители лишили его средств к существованию за «что-то нелепое», что он сделал летом.
Тогда я не спросила, за что, потому что не чувствовала необходимости. Потому что Тайлер присматривал за мной, защищал меня и угрожал Марку, чтобы тот держался подальше. Одна с прошлого лета Марк и Тайлер сблизились.
— Думаю, я смогу с ним справиться. И ты ведь на моей стороне, верно?
Я ненавижу то, что мой голос звучит так тихо, когда я задаю вопрос, но мне нужна его поддержка. Даже если сейчас всё «без обязательств», я скучаю по нему. Я скучаю по тому, как это было раньше, когда мы ели домашние обеды во время моего перерыва в «Brew Haven» и обсуждали применение искусственного интеллекта в медицине, что мы будем делать, когда станем аспирантами, куда отправимся вместе.
— Да, — вздыхает он. Его губы нежно целуют меня в лоб, и я немного таю. — Если ты настроена на эту программу, то я на твоей стороне, Ро.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Фредди
Мой желудок сжимается, когда я спускаюсь на нижний уровень лекционного зала.
Мой взгляд скользит от сплетничающих полукругом аспирантов моего возраста к очереди первокурсников, ожидающих разговора со своим новым преподавателем. Среди первой группы я легко замечаю своего кудрявого репетитора.
Ро смотрит на меня, и я улыбаюсь ей так широко, как только могу. Она машет мне в ответ, прежде чем собрать остальные вещи в свой зелёный рюкзак с лентой, привязанной к собачке на молнии, — лентой, с которой я играл, чтобы занять руки, пока сосредотачивался на её словах несколько часов назад.
Она делает шаг ко мне, отходя от других помощников, и на её лице появляется настоящая улыбка. Тревога немного отступает. В основном потому, что, когда Ро смотрит на меня, я не чувствую её осуждения.
Она, пожалуй, самый непредвзятый человек из всех, кого я знаю.
— Привет, — говорит она, обхватывая руками свой блокнот на спирали. — Как всё прошло?