Мы пытаемся сыграть в несколько игр с выпивкой, но Риз всё время отвлекается, его глаза загораются каждый раз, когда открывается дверь, и гаснут, как только он понимает, что это не Сэди.
Даже Палома появляется, быстро поздравляет Риза «с днём рождения» и присоединяется к Холдену и нескольким игрокам из второй линии, которые играют в «Королевский кубок» в гостиной. К ним неожиданно присоединяется и Беннетт.
Тем временем я пытаюсь — в основном безуспешно — развлечь Риза. Несколько девушек флиртуют с нашим красавцем капитаном, но он даже не смотрит ни на одну из них, не сводя глаз с двери. Трудно удержаться от пары язвительных замечаний по поводу пропавшей фигуристки, но я вижу, что это ещё больше ранит чувства Риза, поэтому стараюсь сдержаться.
— Вообще-то, — наконец произносит он с улыбкой, настолько фальшивой, что она чуть не трескается. — Я, пожалуй, пойду наверх. Я просто… Я устал, и у меня раскалывается голова.
Он уже делал так несколько раз. Это раздражает, потому что он ссылается на травму, о которой не хочет говорить, чтобы мы не давили на него по поводу того, в чём дело, — и он не хочет говорить о том, что происходит с Сэди.
Тем временем мой гнев по отношению к этой девушке только растёт с каждым неуверенным шагом, который мой капитан делает по лестнице, оглядываясь через плечо.
Уже поздно; большая часть гостей уехала в центр города или разошлась. Холден и Беннетт снова сидят рядом со мной — последний выглядит более расслабленным, чем я его когда-либо видел, на его губах лёгкая улыбка, когда он открывает пиво. Я не могу почувствовать такой же покой или радость — я чувствую себя полностью разочарованным. Риз наверху, несчастный и страдающий из-за девушки, о которой я мог бы предупредить его на той самой первой вечеринке. Теперь он слишком глубоко увяз.
Я уже собираюсь рассказать Беннетту обо всей этой ситуации, когда кто-то входит в нашу кухню на каблуках.
Сэди Браун — в очень коротком платье, большой кожаной куртке и высоких чёрных ботинках на каблуке, с её фирменными тёмно-красными губами — опаздывает на два часа.
— Фредди, — кивает она. — Эй, ребята, вы не видели Риза?
— Смотрите-ка, кто наконец-то решил прийти, — говорю я, допивая коктейль, который Холден налил мне в стакан. — Вообще-то, с небольшим опозданием.
Она выглядит расстроенной, и у меня внутри всё сжимается, как будто я сделал что-то не так. Но я быстро выбрасываю эту мысль из головы — она играет с чувствами Риза. Она плохая подруга для Ро. Они заслуживают лучшего.
Я быстро поглядываю на Беннетта. Ему некомфортно, его улыбка полностью сошла с лица, он ссутулился над столом, избегая взглядов Сэди и моего.
— Я знаю, что опоздала, — говорит она слегка дрожащим голосом. — Но мне нужно с ним поговорить.
— Этого не будет, — огрызаюсь я резче, чем хотел. — Убирайся.
— Фредди, — Беннетт наконец-то срывается на крик, его голос звучит раздражённо и жёстко. Он смотрит на Сэди — в его голубых глазах мелькает что-то вроде сочувствия или глубокого понимания. Это только усиливает моё раздражение, как будто это я чего-то не понимаю. Чужой. Сломанный, отвергнутый, лишний в дуэте Беннетт-Риз, а теперь и Сэди.
— Нет, — я сжимаю стакан в руке, чувствуя, как ярость закипает в моей крови. Я бросаю его в мусорное ведро, не сводя прищуренных глаз с Сэди. Слова, которые я хочу ей сказать, путаются у меня в голове. Я хочу кричать и злиться из-за её дружбы с Ро так же сильно, как и из-за Риза.
Может, я и не знаю Сэди, но я знаю о ней — особенно в прошлом году. Она была на каждой вечеринке, которую я посещал. И никогда не приходила одна; пару раз она даже появлялась с Паломой, но всегда находила то, что хотела, — алкоголь, спортсмена и быстрый перепихон в ванной. Не то чтобы я осуждал её за то, что она встречается с Ризом. Просто я знаю, что Риз не смог бы переспать с кем-то на одну ночь, даже если бы захотел. Для Риза не существует друзей с привилегиями. Он из тех, кто: либо встречается, либо нет, и я восхищаюсь им за это.
Так же, как я восхищаюсь Ро, её преданностью дружбе, которая становится всё более очевидной с каждым нашим взаимодействием. И я не могу не хотеть спрятать их обоих подальше от Сэди, где она не сможет причинить им вред.
И от тебя, верно? Потому что ты во многом похож на неё.
Я подавляю в себе угрожающий голос, прежде чем повернуться к Беннетту, а не к маленькой фигуристке в нашей кухне.
— Ты видел его, Райнер. Он всю ночь пялился на чёртову дверь, ожидая её, — я едва даю ему время заговорить, прежде чем снова обращаюсь к Сэди, и мой гнев слегка ослабевает. — Ты уже причинила ему боль сегодня вечером. Учитывая твой послужной список, думаю, будет лучше, если я остановлюсь тебя сейчас.
Каждое слово, кажется, бьёт её, как пощёчина, но я не могу остановиться. Это как кислота, обжигающая моё горло, как я выплёвываю всё это.
— Тебе на него плевать.
В комнате слишком тихо, даже несмотря на музыку, доносящуюся из нашей акустической системы. И всё же моя кожа покрывается холодным потом. Я чувствую себя опустошённым.
— Если бы мне было на него наплевать, Фредди, я думаю, ты бы знал. Но сейчас всё не так, как в прошлом семестре. И Риз… другой.
Я закатываю глаза и саркастически бормочу себе под нос, что, кажется, только разжигает мини-вулкан Сэди Браун.
— Я люблю секс так же сильно, как и ты, Фредди, и это не грёбаное преступление только потому, что я девушка. Но я гарантирую, что Риз значит для меня больше, чем ты когда-либо значил для девушки, в которую ты вставлял свой член.
Каждое её слово бьёт, как стрела, попадая в цель, пока я не истекаю кровью.
Ты не лучше неё. Ты такой же, как она. Если она не заслуживает Риза, то ты не заслуживаешь даже того, чтобы дружить с Ро, не говоря уже о том, что ты уже выдумываешь в своей голове.
— Он в своей комнате, — наконец произносит Беннетт, но его слова звучат в моих ушах искажённо и отстранённо. Она уходит, и в её движениях такое отчаяние, что мне кажется, будто я переступил черту.
— Немного грубо, Фредди, — морщась, бормочет Холден. — Пусть они делают, что хотят.
Я закатываю глаза, наблюдая за их реакцией, прежде чем потянуться за тёмной бутылкой «Джим Бима». Беннетт отталкивает мою руку, резко качая головой.
— Тебе хватит.
— Я в порядке, — огрызаюсь я в ответ.
Он увеличивается в размерах, выпрямляет спину и мрачно смотрит на меня сверху вниз:
— Тебе хватит. Поболтайся с нами и приди в себя или иди спать.
— Отвали, Райнер.
Он хочет как лучше, я знаю, но это слишком похоже на напоминание о том, что я как младший брат, который ходит за ним и Ризом по пятам. Я чувствую себя нелепо, смущённо и раздражённо, поэтому хватаю телефон со стола телефон и ухожу.