Она делает, как я говорю, её руки дрожат, скользя по раскрасневшемуся телу, она перекатывает сосок между пальцами одной руки.
Другой рукой она на секунду сжимает бедро, словно пытаясь удержаться от прикосновений. Я терпеливо жду, наблюдая, как она дразнит себя, пока…
Её бёдра вздымаются в пустоту, пальцы ног поджимаются.
— Мэтт, — почти скулит она. — Пожалуйста…
— Прикоснись к себе, Розали, — шепчу я.
Без колебаний, её рука скользит между ног и крепко прижимается к клитору, прежде чем отдернуться и начать водить двумя пальцами круг за кругом.
Я начинаю поглаживать себя, и она немедленно прекращает все движения, не сводя глаз с того места, где моя рука поглаживает мой член. Твёрдо прорычав:
— Вот и всё. Покажи мне, как ты заставляешь себя кончать, когда остаёшься одна, — я наблюдаю, как она возвращается к движениям пальцев, хотя её глаза не отрываются от действия между нами.
Ро прикусывает губу, словно пытаясь сдержать стоны возбуждения.
Снова склонившись над её телом, я оттягиваю её нижнюю губу зубами.
— Я хочу слышать всё. Все эти стоны — я хочу знать, что моя девочка хорошо проводит время.
От моих слов она издаёт стон, и то, как её глаза вспыхивают, когда она смотрит на меня, слишком опьяняет. Поэтому я опираюсь на локоть и дрочу другой рукой, наблюдая за её лицом, пока она ласкает себя пальцами между ног всё быстрее и быстрее. По её прерывистому дыханию я понимаю, насколько она близка к оргазму.
— Вот так ты кончаешь, когда меня нет рядом, принцесса?
— М-м-м, — пищит она. — Я… я много думаю о тебе.
Чёрт. Она говорила это и раньше, в душе, но сейчас, когда я едва сдерживаюсь, чтобы не кончить раньше неё, этого достаточно, чтобы я чуть не сломал себе челюсть, с такой силой сжав её.
— Да?
— Я представляю тебя. Т-то, каким ты будешь во время секса. Как хорошо ты это делаешь… — выдыхает она. — Иногда я думаю о том, как ты учишь меня, как будто я твоя ученица, а ты мой репетитор.
Чёрт возьми. Я не могу сдерживаться, мой оргазм нарастает, почти слишком быстро проходя через меня.
— Розали…
— Я кончаю, — хнычет она, обхватывая меня ногами, а я всё ещё стою на коленях между её бёдер. — Мэтт…
Одного звука моего имени, когда она кончает, и фантазии, которую она нарисовала, достаточно, чтобы я кончил так сильно, что вижу звёзды, а рука дрожит, удерживая меня в вертикальном положении, когда я разрисовываю её живот своей спермой.
Мы оба долго остаёмся в таком положении без движения, прежде чем я поворачиваюсь и благоговейно целую её в щёку, в уголок рта, в лоб.
— Оставайся здесь, — тихо говорю я. — Я тебя оботру.
— Хорошо, — бормочет она, расслабленная и сонная, вытягивая руки над головой, пока я иду задом наперёд в ванную, сильно ударяясь о стену. Ро на кровати смеётся, и этого достаточно, чтобы я возблагодарил боль в плече.
Я возвращаюсь с тёплой влажной тканью, чтобы вытереть её кожу, затем отворачиваюсь, чтобы забраться в постель рядом с ней. Прижав её к своей груди, я играю с её волосами и нежно целую её локоны, пока она не становится мягче и тяжелее в моих объятиях.
— Спи, принцесса.
ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ
Ро
У меня свидание — с Мэттом Фреддериком.
Это не первое наше свидание, но я уверена, что оно станет лучшим.
После тоста с джемом на завтрак Мэтт оставил меня готовиться к нашему первому настоящему свиданию, посоветовав одеться тепло и уютно.
Но это свидание, и я в восторге от него, а это значит, что я примеряю около пятнадцати разных нарядов, пока мой гардероб не превращается в груду вещей на полу. Когда на глаза наворачиваются слёзы разочарования, я открываю ноутбук и звоню своей лучшей подруге.
— Привет, — медленно говорит Сэди, выглядя полусонной. Её волосы собраны в небрежный пучок, один глаз всё ещё закрыт, а серая футболка сползает с плеча из-за растянувшегося выреза.
— Я тебя разбудила?
Она вздыхает. Кому-то это может показаться саркастичным, но это смех Сэди Браун.
— Учитывая, что сейчас почти одиннадцать утра, да, но я должна была уже встать несколько часов назад, — она бормочет себе под нос что-то о чрезмерно заботливых красавчиках.
— Как лодыжка? — спрашиваю я, устраиваясь на краю кровати с ноутбуком на коленях.
Сэди растянула лодыжку в выходные, когда ребята были на выездной игре с «Гарвардом». Она не сказала прямо, что произошло, но это было связано с перетренированностью мышц. Это сопровождается внезапным увольнением её тренера по фигурному катанию, и я лучше представляю себе ситуацию — особенно с учётом того, что её парень и вся его семья очень заботятся о Сэди и её братьях.
— В порядке.
Она закатывает глаза, как раз в тот момент, когда мужской голос издалека кричит над ней:
— Не в порядке.
Я смеюсь и качаю головой:
— Это Риз?
— Нет, — говорит она, прежде чем он появляется в кадре из-за её плеча, откидываясь на кровать.
— Да, — он улыбается в камеру, одергивая футболку, как будто надел её из вежливости ко мне. — Рад тебя видеть, Ро.
— Привет, Риз.
Он слегка хмурится, обнимая Сэди за талию и прижимая к своей груди.
— Ты в общежитии?
— Ничто так не подходит для праздников, как Миллей, — говорим мы с Сэди одновременно. Мы проводили почти все праздники в общежитии, за исключением моей недельной поездки домой на Рождество. В прошлом я изо всех сил старалась сделать нелепые украшения или устроить тематические вечеринки для мальчиков.
Мы хихикаем над нашей внутренней шуткой, но Риз явно не находит её смешной.
— У нас здесь есть комната, — говорит Риз. — Если ты хочешь выбраться оттуда. Ты всегда можешь потусоваться с нами.
Сэди смягчается, её серые глаза наполняются удивлением, когда она краем глаза смотрит на своего парня:
— Да, Ро. Это было бы весело. Лиаму и Оливеру понравилось бы.
Я с улыбкой качаю головой:
— Спасибо, ребята, я очень ценю это. Но сегодня я иду на свидание, — я заправляю волосы за уши и прикусываю губу. — С Фредди.
Сэди смеётся и кивает:
— Я так и знала. Ты должен мне где-то тридцать баксов, красавчик.
Риз сильно краснеет и качает головой:
— Клянусь, Ро, я не ставил на тебя и Фредди…
— Верно, ты ставил против. Ты мне должен.
Риз ухмыляется, глядя на неё сверху вниз, в его глазах пляшут огоньки:
— Хочешь сделать это сейчас, Грэй…
Раздаётся шквал стуков в дверь, и Сэди с Ризом оглядываются через плечо. Выражения их лиц смягчаются, когда кто-то открывает дверь.
— Привет, приятель, — говорит Риз.
— Кто-нибудь, пожалуйста, поиграйте со мной? — это Лиам, и его голосок трогает моё сердце. — Оливер со своей новой девушкой и не будет играть…