— Останься с ней, — попросил Ройс, беря мать за руку. — Прошу тебя.
— Нельзя постоянно опекать ее, — снова возразила Меган. — Ты же видишь, что ей это не нравится.
— Плевать мне, что ей не нравится! — киллер не выдержал. — Она потом мне спасибо скажет за то, что находится здесь, а не… — Майкл замолчал, тяжело переводя дыхание. — Боже, как я устал! Просто сделай так, как я прошу и все.
— А не где? — послышался раздраженный голос Мариссы, которая непонятно когда пришла домой. Она еще около часа должна была быть на пробежке, поэтому Ройс не таился в разговоре с матерью, не выбирал слова.
— Что ты тут делаешь? — повернулся он к сестренке.
— Живу я тут, — развела руками девушка. — Ты забыл? Так — где? В дурдоме? В клинике с торчками, да? Брат… — прищурилась она.
— Прекрати, — вздохнул Майкл. — Я тебе сто раз говорил уже, что не отдам тебя в клинику. Этого не будет никогда. У нас есть прекрасный врач и…
— Да, да, да! — перебила его миссис Кларк. — Я это уже слышала. Прекрасный врач, отличный фитнес-инструктор, первоклассный психотерапевт — все такие елейные, одна я… — она стянула с головы повязку и бросила ее на пол. Вслед за ней полетело крепление для телефона и наушники.
Майкл закрыл глаза, запуская пальцы в волосы. В такие моменты он просто отключал свое восприятие, позволял сестре высказаться, а затем снова возвращался к нормальному состоянию. Так было всегда: Марисса кричала, топала ногами, обвиняла их черт знает в чем, закрывалась в комнате, приходила в себя, плакала, мучилась…
— … дочь ублюдка Тайлера Кларка, — закончила девушка.
— Доченька…
— А ты, — указала на мать пальцем миссис Кларк, — вообще не трогай меня, понятно? Как ты только себя выносишь, Бетси? Видеть тебя не могу!
Чувствуя, как слезы начинают жечь глаза, Меган отвернулась. Подойдя к окну, она закрыла ладонью нижнюю часть лица. Изредка Марисса срывалась и на нее тоже. Когда это случалось, несчастной матери казалось, что вся боль мира опускается на ее плечи. Самым страшным было то, что в словах дочери была своя правда. Безжалостная такая правда, которая с садистским наслаждением била по самому больному.
Наблюдая, как во двор небольшого особняка легкой трусцой вбегает Зак, Меган облегченно перевела дыхание. Вероятно, дочь оставила его где-то, либо сбежала, поскольку на пробежках ее всегда сопровождал только он.
— Марисса, — сдержанно проговорил Майкл. — Иди к себе, милая. Ты устала, я понимаю. Потом тебе будет стыдно.
— А ты положи меня в клинику, — сестренка подошла к нему вплотную. — Тогда со мной не будет проблем. Ты же так устал от меня. А вы все как меня достали, знаешь?
— Идем, — взял ее за плечи подоспевший как раз вовремя Зак. — Идем, Марисса, — он развернул ее лицом к довольно широкой лестнице, что вела на второй этаж, и подтолкнул в спину.
— Все еще считаешь, что ее не надо контролировать? — поинтересовался киллер, когда Заку удалось увести сестру в ее комнату. — Вот об этом я и говорю, — указал в сторону лестницы.
— Она стала слишком агрессивной последнее время, — Меган стерла бегущую по щеке слезу.
— Клайв говорит, что это нормально, — подошел к матери Ройс. — Перепады настроения, депрессии, даже мания преследования, — рассмеялся он. — Через все это, возможно, нам предстоит пройти вместе с ней. И если мы не будем сильными, не сможет и она. Пожалуйста, ты же всегда была мне надежной опорой. Если не мы, то кто еще поможет ей?
— Я не могу видеть ее такой, — пожаловалась Меган, пряча лицо у сына на плече.
— Помоги Заку и Джин, пока меня не будет, — попросил Ройс. — У нее больше никого нет.
— Ты прав, сынок, — женщина медленно выдохнула, вытирая влажные щеки. — Я останусь с дочерью, а ты спокойно лети в Бостон и делай все, что сочтешь нужным.
— И помни, прошу тебя, — напоследок попросил Ройс. — Оградите Мариссу от стрессов. Миллз особенно выделил это. Она держится, но уже давно на грани. Малейшая эмоциональная встряска может сломать ее и тогда…