— Вот, — киллер протянул ему немного помятый лист с диагнозом, который так встревожил всех присутствующих в доме.
— Это печально, — констатировал Реймонд, поднимая взгляд от документа. — Как она? Раздавлена?
— Она в ярости, — прошептала Меган. — Была в ярости, а сейчас… сейчас не знаю. Уже пару часов ее не слышно. Дверь заперта.
— Черт! — выругался бывший Кларк и бросился наверх. Уже на площадке он остановился, поворачиваясь к Майклу и его матери. — Где ее спальня?
— Вторая дверь справа.
Толкнув деревянную створку, Рей лишний раз убедился в правдивости сказанного Меган. Заперто изнутри. Подойдя вплотную, он приложил ухо к двери, надеясь услышать хоть какие-то звуки. Удалось разобрать нечто похожее на шум воды. Сделав шаг назад, Реймонд не стал церемониться, а просто вынес дверь ногой, едва не сняв ее с петель.
Комната встретила его чудовищным хаосом. Содранные с карнизов шторы частично лежали на полу. Туалетный столик был перевернут, зеркало разбито и выпачкано в крови. По светлому ковру разбросаны вещи, косметика и прочие женские мелочи. Тонкий плед, которым, скорее всего, до этого была заправлена кровать, теперь валялся в ее изножье. Одна подушка лежала посреди постели, а вторую выпотрошили, словно несчастную жертву серийного убийцы. По всей спальне летали пух и перья.
Перешагнув через лежащий на боку пуф, Рей направился в ванную комнату. Тронув за ручку слегка приоткрытую дверь, переступил порог. К счастью, самые худшие ожидания не оправдались. Он был почти уверен, что Марисса не настолько глупа, чтобы сводить счеты с жизнью, но это была уверенность в прежней Мариссе. О новой он пока мало знал. Им только предстояло познакомиться. Бело-голубой кафель, которым были отделаны полы ванной, влажно блестел и переливался в свете лампы дневного света. Рей снял черные лакированные туфли и сделал пару шагов вперед. Тонкие носки мгновенно пропитались холодной водой.
Она сидела прямо на полу просторной душевой кабины. Летевшая сверху вода брызгала на Реймонда, остановившегося в шаговой доступности. Ледяные струи били Мариссу по голове и плечам, но она словно не замечала этого.
Расстегнув пиджак, он снял его и бросил себе под ноги. Осторожно перешагнув через ее вытянутые ноги, «Лоренс» тоже вошел под холодный водопад и уселся рядом с девушкой. Привалившись спиной к пластиковой стенке кабины, он выпрямил одну ногу, а вторую согнул в колене. Пристроив на ней правое запястье, откинул назад голову. Холодные капли сотнями болезненных иголочек кололи лицо, но ощущение было настолько приятным, что брала оторопь. Рей даже представить не мог, что простой ледяной душ может так взбудоражить чувства. Вода смывала все мысли, оставляя только это удивительное ощущение — какой-то первобытной чистоты и свежести.
— Привет, — провел он пальцем от середины ее бедра к колену.
— Здравствуй… Лоренс.
— Я передал твое письмо, — Рей потянулся к крану и отрегулировал воду, немного добавив горячей и приостановив напор. Теперь струи были не такими тугими и не сковывали нервные окончания холодом. Вода приобрела более ласковый и теплый характер, поглаживая закоченевшее тело Мариссы и уже порядком продрогшего Реймонда.
— Правда? — прошептала она одними посиневшими губами. Голос жены был таким тихим, что Реймонд разобрал слова только потому, что сидел очень близко. — Он уже прочитал его?
— Да. Думаю, да.
— И что он почувствовал?
— Немного расстроился, — улыбнулся Рей. — Прощаться ведь всегда тяжело.
— Да…
Реймонд пододвинулся немного ближе и приобнял девушку.
Марисса положила голову ему на плечо. Сделав глубокий вдох, закрыла глаза. В это время мужчина, что служил ей сейчас самой надежной опорой, медленно поднялся на ноги. Увлекая девушку за собой, Лоренс Максвелл принял вертикальное положение. Ухватившись одной рукой за проем душевой кабины, он привлек ее ближе к себе, обнимая за тонкую талию. Вытащив Мариссу наружу, Рей отжал ее длинные волосы и стащил с нее мокрую кофточку. Кое-как освободив девушку от намертво прилипших светло-голубых, почти белых джинс, он поразился насколько, холодна ее кожа. Так и переохлаждение заработать недолго! Удерживая ее возле себя, он снова вернулся к кабине. Когда вода стала достаточно горячей, шагнул внутрь, не забыв прихватить с собой полуживое тело жены.
Она слабо ахнула, попав под обжигающие струи, и вцепилась ногтями в рубашку на его плечах.
— Ничего, малышка, — тихо сказал он, отбрасывая ей на спину спутанные волосы. — Ничего… Сейчас станет лучше. Ты придешь в себя, и все встанет на свои места.