— Простите, но этого я не знаю, — пожал плечами мужчина.
— Можно узнать, где теперь источник этого вот? — бросил микрофон на стол отец Реймонда.
— Только Богу известно.
***
Переступив порог палаты интенсивной терапии, Марисса так и осталась стоять возле двери. Ее пустили только потому, что Рей был ее мужем. Никто ведь не знал подробностей их личной жизни, а потому врачи и медперсонал относился к ней с пониманием и сочувствием. Они считали, что Реймонду будет полезно ее присутствие. Сама Марисса не знала, что и для кого сейчас было лучше. Все так смешалось и перепуталось, превратилось в невообразимую кучу непонятных слов и мыслей, незнакомых людей и ужасающих событий.
Изо всех сил стараясь не заплакать, миссис Кларк никак не могла заставить себя поднять глаза, чтобы взглянуть на мужа. Он выглядел совсем беспомощным, утратил былой огонь, превратился в неподвижную блеклую тень себя прежнего. Сжав зубы, Марисса закрыла глаза, чувствуя, как слезы жгут веки. Смахнув соленые капли, что катились по щекам, девушка все же подошла ближе. В шаге от кровати она словно натолкнулась на невидимую стену. Остановившись, Марисса сделала глубокий вдох и только после этого посмотрела на Кларка. Бледное неподвижное лицо, наполовину скрытое повязкой, синеватые губы, темные круги под глазами, глубокая ссадина на левой скуле, аппарат искусственной вентиляции легких — все это делало его кем-то другим — чужим и холодным. Потянув руку, Марисса коснулась пальцев мужа, а затем сделала еще шаг к постели.
— Не знаю, слышишь ли ты меня, но скажу все равно. Прости меня, — попросила девушка. — Я не знаю, где ты теперь и что чувствуешь, но… — миссис Кларк судорожно выдохнула, — но прошу, прости меня за это. Моя вина, что это случилось с тобой. Я должна была быть на твоем месте, поэтому…
Марисса оглянулась на дверь, поскольку ее отвлек шум в коридоре. Медсестра пыталась справиться с рвущейся в палату женщиной. Аккуратно опустив руку Реймонда на одеяло, девушка направилась к нетерпеливой посетительнице. Когда дверь была плотно прикрыта, миссис Кларк подошла к ним.
— Что здесь происходит?
— Вот, — развела руками медсестра. — Простите, но я не смогла удержать.
— Вот ты какая, значит, да? — прищурилась длинноволосая брюнетка, подходя к Мариссе вплотную, чтобы заглянуть в глаза девушке. — То есть, это из-за тебя Рей теперь между жизнью и смертью?
Сделав шаг назад, миссис Кларк окинула взглядом собеседницу. Облегающее темно-синее платье, туфли на высоком каблуке, не уложенные, но чистые и ухоженные волосы, сверкающие синим огнем глаза почти сразу же сообщили Мариссе, кто перед ней. Несомненно, женщина была ни кем иным, как подругой Реймонда. Кроме того, вряд ли кто-то другой мог принестись сюда в таком состоянии.
О наличии постоянной любовницы Марисса знала изначально. Рей не скрывал от нее ничего, поскольку их брак являлся таковым только на бумаге. Ни ему, ни ей этот союз нужен не был, поэтому оставаясь под одной крышей, каждый из них продолжал жить своей жизнью.
— Вы — Элейн, как я понимаю? — поинтересовалась Марисса в свою очередь.
— Да, я — Элейн, — кивнула брюнетка. — А вот ты… Кто ты — таких слов еще не придумали, — сдвинула изящные брови любовница мужа.
— У вас есть право злиться на меня, — вздохнула миссис Кларк.
— Ну, спасибо, — театрально поклонилась Элейн, а затем снова подошла к девушке, двумя пальцами беря ее за подбородок. — Если Рей умрет, я сама убью тебя, поняла? — вымолвив это, брюнетка легонько толкнула Мариссу и направилась к палате.
— Стойте! — метнулась ей наперерез медсестра. — Нельзя! Посторонним нельзя.
— Посторонним? — спокойно переспросила Элейн, останавливаясь. — А ты останови меня, — выгнула она бровь, — если сможешь…
— Оставьте, — вмешалась Марисса. — Пусть идет. Она не посторонняя.
— Но…
— Прошу вас, — умоляюще сложила руки у груди миссис Кларк.
Тяжело вздохнув, медсестра отошла в сторону, но разрешила провести в палате всего несколько минут.
Наблюдая, как Элейн наклоняется, чтобы поцеловать Реймонда, Марисса думала о том, что именно у нее больше причин и прав находиться сейчас рядом с Кларком. Возможно, благодаря ей он сумеет выкарабкаться. Увидев, как брюнетка зажала нижнюю часть лица дрожащими руками, обводя полным боли взглядом тело Кларка, Марисса отвернулась. Видеть чужую боль она не могла. Никогда не могла спокойно смотреть на страдания других, кем бы они ни были. Закусив нижнюю губу, девушка перевела сбившееся дыхание. Что-то внутри оборвалось и упало вниз холодным комком отчаяния и страха. Не в силах устоять на ногах, Марисса уперлась рукой в стену, а затем опустилась на пол.