— Добрый день, — поздоровался высокий мужчина, похожий на встрепанную хищную птицу волосами непонятного цвета и просто огромнейшим носом.
— С этим я бы поспорила, — проворчала миссис Кларк, задвигая ящик обратно.
— Что, простите?
— Ничего, — устало покачала она головой. — Я слушаю вас.
— Я понимаю, что вам сейчас не до этого, но я должен спросить. Какие-то указания относительно дел будут? Компания погрязла в долгах и…
— Оставьте, — махнула рукой она. — Как только вступлю в права наследования, продам остатки бизнеса и этот дом.
— Жить будете с мужем? Простите, — спохватился тут же, — это не мое дело.
— Вы правы, это не ваше дело, — ответила Марисса, отворачиваясь.
Ей не хотелось разговаривать. На плечи опустилась такая вселенская усталость, что хотелось забиться в темный угол и уснуть на ближайшие сто лет. Марисса вдруг вспомнила тот день, когда обрекла себя на все происходящее. День, когда надела свадебное платье, когда просила отца разрешить ей жить так, как она хочет. Теперь ей никто не мог этого запретить, но желание исчезло. Непонятное равнодушие накрыло девушку с головой, и ей было комфортно в этом состоянии. Лишь одно тревожило: состояние Рея. Марисса хотела забыть все произошедшее, как страшный сон и начать жить заново, но возможно ли это? А еще она хотела понять, что таит прошлое отца и ее рождение, кем была ее мать на самом деле и что с ней случилось.
Поднявшись с кресла, Марисса проследила из окна, как уехал адвокат и тяжело вздохнула. Странно, но в эти моменты ей не хватало Рея. Он успел стать частью ее жизни, и его присутствие стало чем-то нормальным. Одиночество приобрело привкус горечи, когда его не оказалось рядом. Это не была тоска, но дружеская привязанность. Да, как бы это смешно не звучало, Реймонд стал для нее хорошим другом, хотя муж из него вышел самый отвратительный. Да и можно ли считать мужем того, кто даже ни разу не поцеловал ее нормально?
Достав телефон из кармана укороченных классических брюк цвета морской волны, Марисса набрала номер. Ей ответили на третьем гудке.
— Слушаю вас, миссис Кларк?
— Здравствуйте, Майкл, — вздохнула девушка.
— Я ждал вашего звонка, — признался киллер. — Вы решились?
— Да, я готова встретиться с вашей матерью, — кивнула Марисса.
— Как вы? — участливо поинтересовался Ройс.
— Не знаю, — ответила миссис Кларк. — Отца нет, а я так и не поняла этого. Ничего не чувствую.
— Вы устали и опустошены, — голос Майкла ласкал слух, зарождая тепло где-то в области сердца. Этот человек, так стремительно ворвавшийся в ее жизнь, принес с собой нечто такое, чего так давно не хватало Мариссе: ощущение прогоняющее одиночество. Что-то невероятно теплое, почти родное.
— Как дела у Реймонда? — сменила тему девушка.
— К сожалению, все по-прежнему, — вздохнул Ройс. — С ним рядом неотлучно находится мисс Дарлинг.
— Хорошо, — кивнула Марисса. — Сейчас необходим такой человек, как Элейн.
— Когда вы вернетесь?
— Побуду здесь до середины следующего месяца и вернусь, — ответила она, водя пальцем по настенному календарю. — Сегодня девятое. Прилечу где-то в двадцатых числах будущего месяца.
После разговора с Майклом стало немного легче. Пустоту в душе заполнил его приятный голос, чему Марисса была рада. В эти дни особенно трудно давалось одиночество, так горячо любимое Реем. Он считал его свободой, но для нее это превратилось в сущее мучение. Со всех сторон смотрели пустота и знакомые с детства вещи, что потеряли свою значимость. Гибель отца вынула из Мариссы душу, разметала все мысли и бросила ее измученное тело о холодные камни воспоминаний. Боль потери понемногу давала о себе знать. Родной дом, хоть и полузабытый, воскресил в ней слишком тягостные мысли и образы. Самым ужасным было то, что она утратила способность плакать. Были моменты, когда отчаянно хотелось зарыдать, горько, с надрывом, как ребенок, но слез не было.
Закрыв за собой дверь в кабинет, Марисса какое-то время бесцельно бродила по особняку. Обходя одну за другой комнаты, она никак не могла нащупать нить, что вернула бы ей хоть какую-то цель. Объявшая душу пустота была настолько холодной, что становилось не по себе. Подобного состояния ей переживать еще не приходилось. Добравшись до гостиной, Марисса села на диван. Опираясь локтями на колени, она запустила пальцы в распущенные волосы, массируя гудевшую голову.