Когда Чеслав открыл глаза, ван Эрлик стоял над ним с тяжелым стволом. Баррийка недоуменно вертела головкой, обвившись брюшными жгутами о сук соседней яблони. За спиной ван Эрлика стоял Дом Келен.
– Оказывается, у меня есть отличный план, – сказал Эйрик ван Эрлик, – Келен, как он тебе?
Мохнатый ньюфаундленд глядел на шестнадцатилетнего стажера круглыми желтыми глазами.
– Вряд ли бы я согласился занять место человека, – вежливо сказал чужак, – тем более человека с такими мыслями.
Ван Эрлик усмехнулся и бросил «Шквал» Чеславу. Тяжелый ствол больно саданул по ребрам.
– До вечера, парень, – сказал пират. И спрыгнул с балкона на землю. Баррийка, что-то возбужденно насвистывая, полетела за ним.
Лейстомерия в крови Тони Аркадиса вбрасывала в его тело все новые и новые порциии аритромина. Таможеннику было плохо, почки, не рассчитанные на чужеродный яд, сильно болели. Но чем хуже было Тони, тем больше аритромина вырабатывала «креветочка», чем больше аритромина она вырабатывала, тем меньше Тони сознавал где он и что с ним.
Руки его слегка тряслись, с полуоткрытых губ капала слюна.
Тони не сводил глаз с небольшого биокомпьютера, транслировавшего разговор из баррийского квартала. В мозгах одна мысль с лихорадочной поспешностью гонялась за другой, и изо всех этих мыслей постоянно что-то выпадало.
Бизнесмен раздобыл на планете «Шквал». Это будет стоить ему тысячу эргов на таможне, – подумал Тони.
Хотя нет. Деньги нужны завтра. Да. «Шквал» – дорогая игрушка. Ее можно украсть и заплатить долг. Не стоит лезть в гости к человеку, который ходит со «Шквалом» под мышкой.
Но, с другой стороны, он же не будет стрелять в Тони. Зачем стрелять в Тони? «Шквал» нужен ему против Детей Плаща. Детей Плаща?
Эйрика ван Эрлика преследуют Дети Плаща.
Человека в баррийском квартале называли Эйрик.
По телу Тони внезапно пробежала дрожь. Ван Эрлик. Два на десять во восьмой эргталеров. На эти деньги можно купить полгорода. Пол проклятых города.
Тони нажал ручной комм.
– Главное управление Службы Опеки, – сказал он, – я хочу говорить с начальником управления.
Разумеется, его соединят не с самим начальником управления, а с компьютером. Наверняка таких звонков поступает тысяча в минуту. Но у Тони есть запись голоса ван Эрлика. Искусственный интеллект компьютерного секретаря наверняка будет в силах проанализировать запись.
Экран вспыхнул зеленым. Цифры набираемого номера сменяли друг друга.
– Ваш номер отключен от системы транспланетарной связи из-за неоплаты счетов, – проговорил мелодичный женский голос. – Повторяю, ваш номер…
Задница ттакки!
Тони тупо смотрел на дисплей. Утром он говорил о ван Эрлике с крийном. Что там сказал крийн? Что ван Эрлик опасен. Нет – что никто не получит за ван Эрлика денег. Глупости. Крийны невероятно глупы. Даже если продать крийна Семье и научить его торговать наркотиками, – крийн от этого не поумнеет.
– Служба охраны губернатора, – сказал Тони.
Экран щелкнул и ожил. Вкрадчивый женский голос, – слишком вкрадчивый, чтобы принадлежать человеческому существу, – объявил:
– Приемная господина Дарна Игецу.
Спустя две минуты Тони выключил комм.
На столе перед ним лежала куча кредиток с золотыми краями. Так быстро! Тони протянул руку, и кредитки растаяли. Он еще не получил денег. Он только получит их. Подумать только – двести миллионов эргталеров.
Только сегодня утром он разговаривал о Ван Эрлике, – а вечером ван Эрлик будет уже обналичен и переведен на его банковский счет. А может, это все ему приснилось? Как кредитки? И где-то в баррийском квартале сидит тридцатишестилетний коммивояжер с чемоданом, набитым образцами товаров, и… Проклятая «креветка»! Надо лечиться! Господи, ему все приснилось, и Служба Охраны по голосу поняла, что тот, кто звонил, был с «креветкой»! Уходить отсюда! Немедленно!
Тони поднялся.
Дверь распахнулась сама собой. За порогом стояли трое: в форме личной охраны губернатора и тяжелыми лазерами «Харон» в руках. Лиц не было видно за мерцанием силовой защиты.
– Тони Аркадис?
– Я… я все объясню, – залепетал Тони, отступая в глубь комнаты, – я не пьяный. Я – просто пошутил. Меня накормили «креветкой». Враги…