Звонок вывел меня из раздумий. Посмотрев на имя абонента, я скривился. Опять она. Только вчера вернулся, а Ленка мне прохода не даёт. Куда у девушек теряется гордость? Скинул звонок и уронил лоб на руль.
Раньше я оправдывал своё нежелание начать отношения тем, что у меня проблемы семейные. Сейчас вроде всё утряслось, более менее. И выяснилось. Если я сначала подозревал дядю в махинациях, то всё оказалось совсем иначе. Словно чувствуя, что я про него думаю, дядя Борис сам мне звонит.
- Да, Борь.
- Марк, завтра к двум нужно быть у следователя, юрист с тобой поедет, я тоже постараюсь успеть.
- Хорошо, спасибо.
- Ты там аккуратнее. Может, следовало остаться ещё?
- Мне надо сессию закрыть, и так пропустил много.
- Ладно, не бурчи. Но будь аккуратен.
- Ок – я положил трубку и снова уперся лбом в руль.
После смерти мамы, меня не отпускала мысль, что тут что-то не так. Но пока я отошёл от её смерти, пока боролся с дядей, который от чего-то решил, что имеет права меня воспитывать и указывать как мне жить. Осенью только решил выложить свои мысли парням, а Андрей сказал, что у его отца есть знакомый частный детектив и мы начали своё расследование.
Ещё следователь, который дело вёл, обратил внимание, что в крови найдено вещество психотропное. Но мама ходила к психотерапевтам, периодически. Поэтому это не вызвало много вопросов. Только упаковку препарата я нигде не нашёл, и тогда забил на это. А потом прочитал, что этот препарат может вызывать галлюцинации и сильную тревогу, при неправильной дозировке. Именно это и происходило с мамой, незадолго до её смерти.
Детектив узнал, что никто из врачей ей эти таблетки не прописывал, более того они были противопоказаны ей. А значит или она сама их купила, что без рецепта невозможно, да и к здоровью она относилась серьёзно. Либо кто-то их ей подсыпал в еду.
Я сразу решил, что это дело рук дяди, ведь мама его назначила управляющим фирмы, а я не имел права распоряжаться ничем до достижения определённого возраста. Хорошо хоть в собственности у меня были квартира и машина, да счёт, куда поступали мои личные деньги с соревнований и то, что мама мне подкидывала.
Но через какое-то время детектив выяснил, что дядя ведёт своё расследование смерти мамы и тогда я решился на разговор с ним. По его словам он сам был в шоке, когда узнал о решении мамы, назначить его управляющим. И рассказал, почему с папой они не ладили – они оба влюбились в мою маму, но мама выбрала моего отца, а Борис не смог ему этого простить, отец, в свою очередь, сильно ревновал и перестал общаться с ним. Дядя Борис клялся, что никогда бы маме не причинил вреда. Я ему тогда поверил, и не зря.
Месяц назад выяснили, что это мамин зам проворачивал грязные делишки через фирму – отмывал деньги, брал нелегальные грузы. А когда она начала что-то подозревать, начал её травить, в надежде, что наследником останусь я и мною можно вертеть, как угодно. Даже прибрать все активы фирмы себе. Но мама подстраховалась и назначила Бориса управляющим.
Меня даже собирались похитить, но не рассчитали, что я тогда был с тренером, который вырубил двоих похитителей, а с третьим я справился сам. Вот и единоборства в жизни пригодились. После этого дядя сослал меня к родным в Болгарию, а сам плотно занялся этим делом. Сейчас все подозреваемые были под стражей, но всё равно переживал за меня. И это было приятно. Не смотря на обстоятельства.
Что-то заставило меня поднять голову. Я оглянулся и увидел Дину с подругами, они шли весело переговариваясь. Дина в лёгком белом платье до колен казалась воздушной и лёгкой. Подол платья трепал ветер, периодически открывая для обзора больше, чем нужно. И естественно на это пялились все желающие. Я заскрипел зубами, прекрасно понимая Руслана. Пусть у него не было к ней романтических чувств, но он относился к ней, как к сестре и то, что на неё пялятся всякие озабоченные уроды, вообще не воодушевляло.
А сам? – ехидно зазвучал внутренний голос. Я потёр руками лицо. Надо с этим что-то уже решать. По словам Руса, через две недели она домой улетит и есть ли смысл сейчас что-то начинать? А если она там начнёт с кем-то встречаться? Твою ж мать! Когда я превратился в такого слизняка?