Дина смотрела на меня широко распахнутыми глазами, приоткрыв нежные губы. Я вспомнил их мягкость, когда прижался к ним в авто, не смея сделать лишнего движения, боясь не сдержаться и наброситься на неё. Но сейчас я уже не контролировал себя. Подняв руки, я взял её лицо в ладони, погладил пальцем губы, легко сминая их. Пальца коснулось её тёплое, влажное дыхание.
И меня накрыло. Я начал целовать, сразу глубоко и страстно. Проник языком в её рот, и мои рецепторы взорвались от вкуса девушки. Застонал, а Дина всхлипнула в ответ. Потом я почувствовал, что она будто оседает, слабо цепляясь за мои плечи. Продолжая жадно целовать, я обхватил её за талию одной рукой, второй удерживая за затылок. Развернулся и прислонился к стене, потому что у самого земля из-под ног уходила, колени словно ватные.
Только чуть позже понимаю, что Дина не отвечает на поцелуй. Позволяет целовать, задыхается, но не отвечает. Чёрт! Какой же я болван. Набросился, напугал. Со стоном отрываюсь от неё и прислоняюсь ко лбу девушки.
- Прости – шепчу задушено.
- За что? – задыхаясь, спрашивает она.
- За поцелуй.
- Мммм… но мне понравилось – шепчет Дина на грани слышимости, опуская глаза и краснея.
- Но ты не отвечала – вопреки желанию в голосе слышится обида. Ну, потому что мне реально обидно немного.
- Но… но я совсем не умею – бормочет цветочек, краснея ещё больше. А меня будто рвёт на лоскутки, размазывает по стенке.
У меня ведь были такие девушки, которые никогда и ни с кем до этого, но именно от Ореховой меня так прёт. Мне становится так радостно, что я тихо смеюсь, притягиваю Дину к себе, обнимаю крепче и начинаю целовать всё, до чего дотягиваюсь – щёки, лоб, глаза, шею…
Потом смотрю в лицо девушки и вижу сердитый взгляд, надутые губки. Ну, здравствуй, колючая Дина, давно не виделись.
- Что случилось? – спрашиваю с улыбкой?
- Ты смеёшься надо мной! – тычет пальцем мне в нос.
- Вовсе нет, это я над собой. Я такой дурак, цветочек – снова зависаю на её глазах, чуть вытянутых, как у кошки, на припухших от поцелуя губах, на румяных щеках и растрёпанных волосах. Она такая сексуальная сейчас, что внутри всё горит, а желание затащить её в квартиру, просто, огромное. Но я понимаю, что это неправильно по отношению к ней. И она не готова.
- Просто делай, как чувствуешь – шепчу я ей на ухо и снова целую. А когда Дина начинает отвечать, робко, нежно, меня снова уносит, словно волной эйфории.
Я не знаю, сколько мы так стоим. Целуемся, обнимаемся, но почти не разговариваем. Я будто пытаюсь насытиться её теплом, её запахом, дыханием, её прикосновениями. Как будто хочу наверстать то время, которое я так бездарно провёл, отрицая свои чувства к этой девушке.
Только сейчас, с момента потери родителей, я чувствую умиротворение. Хотя внутри меня рвёт от желания. Я так хочу Дину, что у меня, как у больного пса чуть ли не слюни текут, а паху всё пульсирует до боли. Но при этом в душе до странного легко и спокойно. И понимаю, что пора отпустить Орехову, уговариваю себя и не нахожу на это сил. А она так доверчиво льнёт ко мне, даря такие невинные и простые ласки, что сердце не знает – то ли ему замереть от восторга, то ли биться, как сумасшедшее в экстазе.
Когда же я, наконец-то оказываюсь дома, то сразу пишу ей, а она сразу отвечает. Хотя глубокая ночь и домой я добирался почти час. Значит ждала. Улыбаюсь, как идиот. И мы почти до самого утра переписываемся обо всём и ни о чём.
28. Дина
Дни проносились за днями, как сумасшедшие. Я жила в каком-то розовом тумане, в состоянии эйфории. В какой-то момент мне становилось страшно от того, что я такая счастливая и это зависит от одного человека. Но Марк так меня целовал и обнимал, что все эти страхи смывало очередным приступом нежности и чего-то такого глубокого, что у меня от этого покалывало кончики пальцев, а кожа горела огнём. Меня так тянуло к этому парню, что было физически больно, если мы долго не виделись.
Не знаю, как бы я закрыла сессию, если бы не девочки. Точнее не Луиза. Потому что Аника была не лучше меня. После стольких лет влюблённости в Глеба, она даже не верила своему счастью. И если у меня были какие-то сомнения на счёт Сухова, в первые дни их отношений, то позже они испарились. Глеб так смотрел на Анику, что было понятно, что у него всё серьёзно к ней.