- Марк! Ты слышал?
- Что? – даже говорить было трудно, будто через силу приходилось выталкивать слова.
- Лена Митрошина тебя ищет.
- Достала!
- Ты в курсе, что она всем рассказывает, что вы практически встречаетесь?
Я со стоном встаю, чтобы найти более тихий уголок, чтобы не попасться на глаза назойливой поклоннице. Только не успеваю.
- Марк! – визг Митрошиной режет уши. Приходится ловить её руки на подходе, чтобы не дать повиснуть на шее – Прииивееет. Я тебя искала.
- Лен, я тебе уже говорил – отстань от меня.
- Ну, Марик – я кривлюсь, ненавижу, когда она меня так называет и, видя моё выражение лица, быстро тараторит – Да, знаю, знаю, тебе не нравится. Марк, мы же нормально общались и веселились ещё недавно. Помнишь тогда в клубе…
- Митрошина, это был просто так, ясно? Я тебе это уже не раз говорил. Уважай себя что ли, ведёшь себя, как дешевка.
Сначала девушка дует губки, но тут же широко улыбается и пытается меня обнять. Ощущаю себя псиной, к которой прицепился репей.
- А куда ты пропал? Тебя не было видно долго. Отдыхал? А где?
- Лена! Уйди. Прошу по-хорошему! – чувствую себя ужасно уставшим. Зачем только послушал Сухова и притащился на эту вечеринку?
- Детка! – на помощь приходит Рус – Я заберу Новака, у нас мужские разговоры.
С силой скидываю с себя клешни Ленки, именно так её руки ощущаются, которые до последнего цепляются за кожу, за ткань лонгслива. Гал оттесняет её и тянет меня на кухню. Тут тише, несколько человек кучкуются в углу, парочка влюблённых с упоением целуются у окна. Рус достаёт из холодильника минералку, подаёт мне одну из бутылок.
- Что-то у Зимина совсем тухло в этом году. Где все эти отвязные вечеринки? Где треш, где угар?
- У Зимина теперь девушка, а вечеринка в конце лета, это же традиция для него, отменить совсем - не дело – устало опускаюсь на стул.
- Мда. От девушек одни проблемы, я смотрю – зло говорит Руслан и выпивает сразу половину бутылки – Как они меня достали!
- Кто?
- Бабы!
- А у тебя то что?
Рус только машет рукой.
- Кстати, видео не будет.
- Почему? – наконец-то я оживляюсь.
- В то время меняли аппаратуру в клубе и камеры работали с перебоями, настроили плохо. Из вип-зоны всё урывками, того момента вообще нет. Но если смотреть другие, то снимают что-то на телефон куча тёлок, как обычно – Руслан с шумом отодвигает стул и садится на него верхом, внимательно вглядываясь мне в лицо – Извини, Марк.
Руки сами сжимаются, пластик хрустит под пальцами сминаясь, вода выплёскивается и тёчет по руке, но я даже не чувствую её холод. Откидываю кусок мусора в сторону и слышу визг девчонки.
- Идиот! – орёт она, а её парень пытается быковать, но Гальский что-то говорит и те ретируются из кухни.
- Но ты ведь понимаешь, что мы тогда это сделали для её блага! Шавки Чалаевых вынюхивают. Они, конечно, так и не знают, кто их подставил, но похоже решили выместить злость на мне. На днях в мамином бутике взорвали какую-то хрень, часть вещей испорчена, помещение нужно ремонтировать.
Я в изумлении смотрю на Гальского.
- Кто-то пострадал?
- Нет, случилось это сразу после открытия, клиентов не было ещё. Консультанты были в дальнем углу. Но на камерах в тот день засветились двое шестёрок Чалаевых. Сёмин и Давлетшин.
- Их поймали?
- Ищут, но в бутик зашли парни в масках.
- Как мать?
- Плачет. Это же её детище, её даже не ущерб печалит. Она же там всё своими руками всегда делает. Не, она нанимает рабочих, но и сама включается в процесс активно.
- Может чем-то помочь?
- Не надо. Вчера папа прилетел, хоть какой-то плюс. Мы разберёмся. Но Орехову не надо подставлять, сам понимаешь.
- Чёрт! Рус! Что мне делать? Что? Я же с Чалаевыми не враждую, я про них даже не вспоминал, пока в колледже учился и с тобой не общался – в отчаянии хватаюсь за волосы.
- То есть это всё я виноват? – вскидывается Гальский – Я?
- Я не знаю!
- Прекратите ныть, как девки! – рявкает подошедший Глеб – Заколебали! Что сделано, то сделано! Давайте думать, как решать проблему. И это, у меня такое ощущение, что Аника в курсе дел, но молчит.
- В каком смысле? – спрашиваю его.
- В прямом! Она перестала спрашивать узнали ли мы что-то, перестала ругаться на вас, но кажется теперь ещё больше злится.
- Так узнай, что она знает! – чуть ли не кричу я.
- Остынь, Марк. Я пытался, но она уходит от темы. На расстоянии пытать как-то не очень получается. Была бы она рядом – Сухой мечтательно закатывает глаза.