Но когда слышу голос Веры, впадаю в ступор. Голова разрывается от резкой боли, которую вызывает судорожный мыслительный процесс. Тот голос сказал, что это Марк велел сделать. Тогда и Рус замешан? Но ведь он не настолько циничный ублюдок, чтобы мать вмешивать. В любом случае - это мой шанс.
- Дина, Дина! Алло – тем временем восклицает Вера, и звонкий голос бьёт по ушам.
- Вера… - голос выходит слишком глухим и хриплым.
- Что с тобой? – настораживается Вера.
- Извините, что вам позвонила, не смогла больше никому – стараюсь говорить медленно, иначе начинаю задыхаться.
- Ничего страшного, Дина. Тебе помощь нужна?
- Да, вызовите скорую, пожалуйста – договариваю с трудом, снова ощущая, что проваливаюсь куда-то.
Слышу в трубке, что Вера с кем-то разговаривает, а потом слышу резкий и, как мне кажется, грубый голос Гальского. Будто он злится на меня и не рад, что я тревожу его маму. Но потом чувствую в его голосе искреннее переживание. Слёзы начинают течь от облегчения, а я закашливаюсь, и всё это отнимает последние силы. Отключаюсь, не помня, успела ли сказать Руслану, где я.
49. Марк
- Вот, выпей – Корсакова протягивает мне стакан. Делаю глоток и морщусь.
- Это что за бурда?
- Сам ты бурда, Новак! Это чай, на травах – строго говорит девушка.
- Мне бы кофе – устало потираю лицо.
- Кофе у тебя скоро из ушей потечёт. И вообще, съезди домой. Хоть помойся что ли. Второй день тут сидишь – осторожно произносит Аника, видимо ожидая очередного взрыва, но сил у меня не осталось.
- Нет – просто отвечаю. Хотя до этого на любое предложение отдохнуть, поспать, я грубо посылал всех куда подальше. Но сегодня чувствую какое-то опустошение.
Орехова второй день не приходит в сознание, хотя врачи уверяют, что нет ничего, что бы угрожало её жизни. Есть сотрясение, сломано ребро и трещины ещё в двух, сломан нос, многочисленные гематомы и рваные раны. Я душу вымотал и себе, и лечащему врачу. Но мне отвечают только одно – ждать. Мол, это стресс так сказался, организм восстанавливается. Аника попросила своего отца посмотреть снимки и анализы Дины, тот тоже уверил, что всё нормально и девушка непременно очнётся.
А ещё мне дико, ужасно стыдно перед её родителями, будто это я сотворил с их дочерью такое, будто произошедшее целиком и полностью на моей совести. Когда я смотрел на её рыдающую маму и будто в миг постаревшего отца, я чувствовал себя полной мразью. Я не защитил, не уберёг.
- Ты знаешь, что руководство универа хочет замять это дело? – присаживается рядом Корсакова.
- Это как? – не могу никак вынырнуть из тяжелых мыслей и сообразить.
- Обычно. Хотят выставить таким образом, будто это не у них произошло. Уже звонили отцу Дины и предлагали хорошую сумму.
- Они охренели там! – ору на весь коридор и получаю замечание от медсестры, спрашиваю уже спокойнее, но внутри кипя на пределе – И что делать? Надеюсь, Виктор Сергеевич не согласился?
- Конечно, нет! Но они могут найти какие-то рычаги влияния, сам понимаешь, кто у нас учредители и спонсоры – затем замолкает, осторожно на меня поглядывая.
- Говори уже! – психую.
- Завтра Даниил прилетает – тихо произносит Аника.
- Какой Даниил? А, Данечка – кривлюсь я, а сердце ноет – Никакого Даниила, Корсакова!
- Но он знает, как помочь. И он вроде как её парень…
- Как помочь? Где этот парень был, пока Дину избивали? Где он был, когда ей помощь требовалась? – вскакиваю и начинаю расхаживать по коридору, под недовольным взглядом медсестры.
- А ты где был? – Корсакова встаёт и упирает руки в бока – Где был Рус? Где были мы с Лу?
Моментально сдуваюсь, потому что Аника права. Нельзя всё предусмотреть и быть с человеком каждую секунду.
- Тем более он может помочь – добавляет девушка, усаживаясь в кресло.
- С чем? – презрительно спрашиваю я – Станцевать, чтобы она очнулась.
- Может быть. Стриптиз, например. Это кого угодно взбодрит – издевается надо мной.
Наверное, вся клиника слышит, как я сжимаю челюсти, и крошатся мои зубы. С трудом заставляю себя сесть рядом с Корсаковой. Тру с силой лицо.
- Я серьёзно – продолжает девушка – С универом может Даниил помочь. Предать случившееся огласке, и уже никто не отвертится.
- Каким образом?
- У него же блог раскрученный. Один пост и всё.
- Точно, забыл.
Молчим какое-то время. Затем Корсакова отвечает на звонки Глеба и брата. Переписывается с кем-то. Снова сидит, периодически поглядывая на меня. Я очень благодарен ей и ребятам, что постоянно кто-то тут со мной находится. С тех пор, как доставили Дину, я ещё не выходил из клиники. Рус привёз одежду, душ принимал в ванной в палате Ореховой, которую я оплатил. Поэтому ни у кого вопросов ко мне не было. Спал на диване в её же палате. Но совсем один, я бы сошёл с ума.