Сколько прошло времени с момента публикации поста в моем Инстаграме? Пятнадцать, двадцать минут? Исайя о чем-то болтал; я больше не слушала его, затаив дыхание, а думала о своем. Вдруг разговорчивый собеседник поднял голову и посмотрел мне за спину. Я побоялась оборачиваться.
— Ну вот и он, — Маринелли победно сверкнул белозубой улыбкой, — твой ревнивец.
Глава 34
Джоселин
Что за вселенская несправедливость?! Нельзя быть настолько неотразимым и потрясающим. Алистер точно нарушал какой-то закон своей привлекательностью, мужественностью и красотой. А твердым характером наверняка ущемлял всякие убеждения робких парней. Я смотрела на него, решительно шагающего в нашу с Исайей сторону, и ничего другого мне в голову не приходило. Ну, может, это, конечно, потому, что я не очень-то и мало выпила. Алистер был одет в темную облегающую его шикарный торс футболку и зауженные джинсы в тон.
Я не могла оторвать от него восторженных детских глаз. Почувствовала, что Исайя приблизился. Он наклонился и шепнул мне на ухо:
— Ты тоже видишь этот вселяющий ужас взгляд?
Он прыснул.
— Тебе страшно? — с издевкой сказала я, не смотря на него.
— Ха-ха-ха, — Исайя манерно изобразил смех и всплеснул рукой. — Я боюсь за тебя, девочка, потому что глазами ты уже раздела и трахнула Алистера.
Он одернул меня.
— Не забывай, чему я тебя тут учил весь вечер.
Я кивнула, но вряд ли этим кивком убедила в чем-то Исайю. Поэтому, когда он обреченно вздохнул, даже не удивилась. А тем временем Шеридан-младший уже практически достиг барной стойки. Он внимательно оглядывал меня с ног до головы, скользил жадным взглядом по обнаженным участкам моего тела. Я выпила, и это явно служило мне лучшим оправданием, когда я согнула одну ногу в колене. Я продемонстрировала приближающемуся Алистеру свои соблазнительные изгибы, ведь мне ли не знать, как они ему нравились. Я его провоцировала, потому что осмелела под воздействием бушевавшего в крови алкоголя.
— И что же здесь происходит? — строго поинтересовался сводный брат.
Он навис прямо надо мной, ладонью опершись о барную стойку. Но сердито и неодобрительно Алистер смотрел и на меня, и на Исайю. Он поочередно «обласкал» нас с Маринелли недобрым взглядом.
— Что ты тут делаешь?! — с крайней степенью раздражения обратился Шеридан ко мне.
Он реально был на взводе, но я и не думала бояться. Не сегодня. Меня это даже возбуждало.
— Твоя мать звонила и орала в трубку, — рявкнул Алистер, — мол, ты снова взялась за старое.
На его скулах плясали желваки. Я прикинулась безразличной и чересчур веселой, беспечно повела плечами, хотя разочарование билось в груди с каждым новым ударом сердца — он приехал не потому, что волновался за меня сам, а потому, что ему сообщили о моем исчезновении. Так ведь выходило?
— Ну так передай мамочке, что домой я вернусь только утром, — заулыбалась я и прочертила кончиком пальца дорожку по его черной футболке вниз, а когда мой палец проник под ремень джинсов, Алистер дернулся.
Йес!
Он схватил мою руку, я подняла на него глаза, смотря с вызовом и нескрываемым желанием. Его серые омуты блестели от похоти. Я бы растворилась в этом дымчато-сером взгляде. Навечно. И нисколько бы не пожелала. Ни за что.
— Джо, что ты делаешь? — теперь строить из себя придирчивого и беспощадного старшего братца ему было сложнее.
Тут вклинился Исайя.
— Выпьешь что-нибудь, друг? — по-мальчишески, с озорством поинтересовался он и хлопнул Алистера дружески по плечу.
Шеридан скривил губы, его лицо приняло озабоченное выражение. Маринелли пожал плечами и, будто сдаваясь, поднял руки вверх.
— Старик, мы просто общаемся…
— Да, и я сама сюда приехала! — выпалила я храбро. — Исайя ни при чем!
Сводный брат нахмурился еще больше, стал мрачнее. Он схватил меня под локоть, но я молниеносно вырвала руку из его захвата. В голове барабанили наставления модного хозяина «Танцовщиц». Спрыгнув со своего стула, я намеренно встала на цыпочки, чтобы приковать внимание Алистера прямиком к себе и не без вызова произнесла не очень громко — скорее всего, он читал по моим губам:
— Я хочу остаться и танцевать, — да, ему вряд ли придется по вкусу моя дерзость.
Мне не удалось и полшага сделать в направлении взбудораженной толпы, как Шеридан снова привлек меня к себе. В этот раз — вплотную. Твердо и сильно держа, наклонился, чтобы почти зловеще сказать:
— Ты хоть представляешь, как заставила меня волноваться? — голос его звучал ровно, но сам Алистер едва ли не скрипел зубами.