Не могу отвечать на звонки,
Я слегка потерян без тебя,
Без тебя.
И я зарываюсь в нору без тебя,
Сам не свой без тебя,
Я слегка потерян без тебя,
Без тебя.
Это был наш первый романтичный момент вместе. Мы не выясняли отношения, не кричали друг на друга, не устраивали скандалов и не срывали в порыве страсти одежду. Мы просто молчали и наслаждались сладчайшими мгновениями наших жизней. А потом он вдруг сказал:
— Какая же ты красивая.
От его слов я засияла и наполнилась неимоверным счастьем. Мне было так важно знать, что он обо мне думает, какой меня считает. Слышать именно от Алистера, что я красива, было главнее всего. Никто не был в силах подарить мне столько уверенности в себе, это удавалось одному лишь Алистеру.
— Ты правда так считаешь? — не знаю, зачем я это спросила, ведь все и так ясно читалось в его взгляде. — Тебе не кажется, что я, может быть… толстовата?
От неожиданности вопроса сводный брат даже присел на кровати. Я моментально подстроилась. Теперь мы оба, опираясь на ладони, сидели друг напротив друга. Шеридан таращился на меня, как на ненормальную.
— Что-что? — он, похоже, дурачился, приложив руку к уху. — Я плохо тебя расслышал? Повтори-ка!
— Ну я же серьезно.
— И я серьезно! — возмутился он, сведя брови вместе. — Подарить тебе новое зеркало? — Алистер указал рукой мне за спину. — Кажется, твое перестало работать.
Лукаво сощурившись, я по-ребячески шлепнула его по ладони. Он подыграл мне, деланно обиделся и до ужаса смешно и нелепо взвизгнул:
— Ай!
Шеридан сам схватился за живот, разразившись надрывным хохотом. Он так заразительно смеялся, что я тоже не смогла устоять. И мы оба камнем обрушились обратно на кровати и сотрясались от дружного неудержимого смеха. В эти волшебные, жизнерадостные моменты мы не думали ни о ком больше. Нам было так хорошо вместе, что все остальное казалось совершенно ерундовым. Наверное, нам даже не приходило в голову вести себя тише, поскольку мою мать мог травмировать тот факт, что мы с Алистером не враждуем. А когда я произнесла вслух свои предположения, сводный брат, вроде бы только что угомонившись, зашелся в новом приступе хохота. Да так, что из его глаз брызнули слезы. Я впервые в жизни… впервые в жизни видела Алистера вот таким — беззаботным, бесшабашным, задорным весельчаком! И счастливым, просто счастливым!
Поэтому, стоило ему вновь овладеть хоть немного собой, я в тот же миг прижала свои губы к его губам. Это был совершенно невинный поцелуй, но впоследствии Шеридан резко и безапелляционно притянул меня к себе за бедра. Теперь я сидела очень близко к нему, мы соприкасались коленями. В два счета серые глаза Алистера стали необыкновенно серьезными.
С тех пор, как я пустилась в одиночное плавание,
Мне снится, что ты вернулся домой,
Я обнаружила, что залегаю на дно,
Прячусь до наступления завтра.
Возвращайся к хорошей жизни,
Отбрось туманную ложь о любви,
Я гналась за своим рассудком
Одна холодными ночами.
Потому что без тебя я бью баклуши,
Не могу отвечать на звонки,
Я слегка потеряна без тебя,
Без тебя.
И я зарываюсь в нору без тебя,
Сама не своя без тебя,
Я слегка потеряна без тебя,
Без тебя.
— Неужели ты не в курсе, какая ты охрененнная?.. — сказал он на выдохе и уткнулся носом в мою шею.
Я затихла в стальных объятиях сводного брата. От тембра его голоса — растаяла. От его трогательного замечания — обмякла. Он заставлял меня влюбляться в него все больше и больше. Это бесконечно пугало. Я боялась еще сильнее погружаться в темные уголки души Алистера и в бездонную пучину нашей страсти. Мне все нравилось, даже слишком, но именно это… именно это повергало меня в жуткий страх.
— Ты такая красивая, такая красивая… — Не открывая глаз, Шеридан прошелся кончиком носа по моей скуле, после чего коснулся языком плеча.
Я трепетала в его руках. Мое тело послушно отзывалось на каждую ласку Алистера. Едва сдерживаясь, чтобы не начать извиваться, я блаженно зажмурилась подобно мурчащей кошке.
— Я ежедневно сгораю от ревности, и мысль, что другие мужики мысленно лезут тебе под юбку, сводит меня с ума. — Он не повышал голоса, говорил тихим и спокойным тоном, однако прикосновения его пальцев становились все настойчивее. — Они все тебя желают, они все от тебя в восторге, потому что ты невероятна. Твое тело, твое лицо, твои волосы, — Алистер аккуратно пригладил мою растрепанную прическу, — просто сплошное совершенство.