В любом случае хорошо, что никто ничего не знал. Ну хотя бы пока, ладно уж. В Дино и Дарио я даже не сомневалась. Я просто надеялась, что до матери и отчима эти слухи никогда не дойдут или дойдут очень поздно, когда это не будет иметь абсолютно никакого значения. Если бы меня с Алистером могло что-то еще связывать, их реакция меня мало бы волновала, однако теперь у нас все было кончено… А напрасно выслушивать тонны нотаций, терпеть слежку, отчитываться о телефонных разговорах, новых друзьях — ну нет, на это я свое молчаливое согласие давать не собиралась.
Я столкнулась с Дино в здании библиотечного корпуса. Он шел медленно, нес в руках целую гору книг, но как только заметил меня и мое желание с ним заговорить, тут же ускорился. Дверь ему открыл кто-то из учеников и вежливо пропустил вперед. Я выбежала вслед за одноклассником, тот уже практически мчался в сторону парковки.
— Дино, постой! — закричала я, побежав за ним и напрочь позабыв, для чего заглядывала в школьную библиотеку. — Ну постой же ты!
И все-таки однокласснику было, мягко говоря, наплевать на мои просьбы. Направившись к своему хэтчбеку, он открыл багажник, торопливо разместил внутри учебники, а потом зашагал к водительской двери авто. Я не успела вовремя подскочить — Дино уже сел в машину и закрыл дверь, но почему-то опустил стекло. Неужели он хотел, чтобы я бегала за ним, унижалась, просила прощения?.. Да только за что? За то, что не люблю его?
Но, вытряхнув из своей головы эту мысль, я сдавила в кулаке лямку сумки и выжидающе посмотрела в его небесно-голубые глаза. Я дышала быстрее обычного, была взволнованна, и скрыть этого не могла. Дино повернул ключ зажигания, я мгновенно подпрыгнула ближе к машине.
— Ты больше не хочешь дружить? — слетело с языка.
Он невесело хохотнул, сжимая ладонями руль.
— Дружить, Джо?!
Затем, прежде чем автомобиль помчался прочь, Дино сокрушенно бросил:
— Не сейчас, ладно? Не после того, что я узнал.
Его губы складывались в какие-то невысказанные слова, но больше он ничего не произнес. Машина просто унеслась вперед, оставив меня позади. Я наблюдала, как хэчтбек выехал со школьной территории на дорогу, как свернул налево и, словно растворился за линией горизонта.
После обеда пришлось заставлять себя снова идти в душ и приводить себя в презентабельный вид: через маму меня пригласили на чаепитие, а я, по ее мнению, не имела права отказываться. Маркус с Каталин вернулись из медового месяца, и новоиспеченная жена молодого миллионера устраивала по этому поводу прием. Ну кто придет слушать увлекательные рассказы Каталин о минувшем отдыхе? Конечно же, девчонки! А у меня с ними всегда были напряженные отношения. У меня никогда не было лучших подружек. Был друг, но и того я, кажется, безвозвратно потеряла.
Как я мысленно предвещала, так и вышло: Каталин в ее доме окружали сливки общества — богатые девочки или девочки богатых мужчин. Сама Каталин до свадьбы с Маркусом была, по-моему, обычной провинциалкой. Как и я. Не знаю, какой она была раньше, но теперь… Нет, она весьма мила, но все эти встречи, приемы, бесконечные разговоры о прекрасном не утомляют ее? А беременную Майю, например? Кстати, о детях. Я, конечно, понимала, что Каталин не могла не позвать в гости Еву, но все-таки надеялась, что счастливое материнство придержит синьорину Блэнкеншип дома. Вот только как бы не так. Ева приехала сюда вместе с младенцем.
Леон.
Они с Лукасом назвали сына Леоном. Крохотный человечек спал в плетеной переноске. Поздоровавшись со всеми, и даже с Евой, не выдавая своего к ней отношения, я присела рядом с ней. Между нами продолжал сладко посапывать ее малыш. Я не могла расстраиваться из-за мамы этого милого ребеночка, пока смотрела на него. Все вокруг смеялись, галдели, а мы с Евой то и дело просили их быть немножко тише. Мы переглядывались, она улыбалась мне, но мне было очень трудно улыбнуться ей в ответ. Оставаясь серьезной, я всматривалась в ее красивый профиль. Такая умиротворенная, спокойная, познавшая истинное счастье, как будто бы. Как будто?! Да она настоящая счастливица, раз родила ребенка от любимого мужчины! К концу бессмысленных посиделок я, сама от себя не ожидая, перестала подозревать Еву в чем-нибудь нехорошем. Леону, не прикладывая совершенно никаких усилий, действительно удалось смягчить мое сердце и пересмотреть свое отношение к его мамочке. Еще как.