Короче, да ну его! Всё равно калорий от этих ягод кот наплакал, как витаминная добавка с микро- и макроэлементами полезны, но мне сейчас нужны углеводы, жиры и белки в огромных количествах. Такое большое тело прокормить — разоришься.
Глава 3
Суши...
Может быть, рыба?! Кажется, то тут, то там она мелькала на солнышке. Она явно глупее, чем тушканчики, которых так и не смог поймать. Водные жители хоть и пугливые, но туповатые и жадные до халявы. Только прикормка нужна: объедки колбаски, сосисок, сухари, мясные отбросы, только откуда их взять?!
Хотя-я... дождевые черви и прочие насекомые — чем не прикормка? Главное, чтобы рыба не обожралась, иначе лениво заляжет в глубине, переваривая дармовщину. Цель: привлечь её к себе, вывести на свет, а не кормить. Мне бы наоборот угостить рыбкой себя. Бедный мой меч, что только им не делаю, опять орудую как лопаткой, копаю червей. Разные насекомые водились в земле: разноцветные, усатые, полосатые. Покрошив тех, что подлиннее, кусками, нашинковав всех в большой лист лопуха, осторожно опустился в ручеёк.
Хотелось искупаться, но так я надолго распугаю подводных жителей, обойдёмся пока. Тихо зайдя в воду, расположившись ровно в середине ручья, раскидывал перед собой понемногу прикормку. Вода была абсолютно прозрачной, вплоть до твёрдого, чуть илистого, зелёного цвета дна. Вот появилась одна, за ней вторая и другие рыбки, но они были малявки, величиной в одну-две фаланги пальца. Со временем подплывали как будто бы из ниоткуда всё новые и новые речные обитатели. Что самое важное, с каждым разом рыбёшек появлялось всё больше и больше, доходило до того, что малявки жрали поструганных червей, а рыбы гонялись и ловили уже эту мелочь. Круговорот белка в природе, и я тут верхушка пищевой пирамиды. Зря говорят, что Хомо Сапиенс — всеядные и растительноядные, да ни в коем разе! Мы хищные, плотоядные. Но спасибо хоть не некрофаги-падальщики, хотя в некоторых обстоятельствах не гнушаемся и мертвечиной.
Стою статуей и не шевелюсь, меч в руках опущен остриём вниз к самой поверхности воды. Быстрое движение, и почти по центру перерубаю рыбку в ладонь длиной. Бросаю её себе за грязную пазуху: всё равно весь провонял и пропотел хуже некуда. Мужицкий дух не перебить какой-то там вонючей придонной жительницей! Обождав пять минут, пока все сбежавшие успокоятся и подплывут за новой порцией покрошенной приманки, я снова пускаю в ход своё холодное оружие по типу гарпуна или остроги. Теперь меч лишь скользнул по рыбке, но, видимо, повредив ей позвоночник. Она задёргалась в агонии, но не смогла уплыть и снова ушла про запас за пазуху.
«Класс! Есть чем перекусить и заморить червячка. Но пока маловато будет!» — пронеслось у меня в голове.
Подводная фауна была так сильна увлечена червяками и более мелкой плескавшейся добычей, что ничего происходящего над водой не замечала. Поймав за полчаса пять рыбёшек размером примерно с мою ладонь, а шириной сантиметров пять, я понял, что на большее не стоит рассчитывать. То ли относительно крупная рыба кончилась, то ли зашугал всех. Пора менять диспозицию, но для начала я разделся на берегу и возжелал помыться.
Запах пота и туалета, чужой и своей крови — всё нужно было тщательно смыть, пусть и без мыла. Не знаю, как давно не купался десятник Коммод, но с него отходили буквально комки и ошмётки застарелой грязи. После промывки в четверть часа я чувствовал себя прямо-таки змеёй, сбросившей кожу. Коммод оказался мужчиной другой «расы». Вместо грязно-серого нечто пятнами наверх поднялась нежно-розовая кожица. Несмотря на жуткий голод, я всё-таки решил прополоскать всю свою одежду: от брюк и сорочки до исподнего. Высохнут, пока буду трапезничать. Как и предполагалось, после стирки моя «хламида» кардинально сменила цвет на светлые и однородные тона, очевидно, она никогда не знала постирушек.