И вот сейчас перед ней сидит ее психолог и сын ее кумира. Что делать в такой ситуации, Маринетт не знала, ведь поверить в такое было странно. Подняв взгляд, девушка повернулась к парню, внимательнее присмотревшись к нему, что привело к тому, что Мари вспомнила просмотренные ей намного ранее фотографии Агрестов, нашла огромные сходства. Отвернувшись, она резко поднялась на ноги, чем вызвала недоумение на лице психолога. Сделав пару шагов по направлению к окну, Дюпен-Чен тяжело вздохнула и подошла к подоконнику. В голове прокручивалась история детства парня, отчего мысли ее кричали, зачем вообще нужно было спрашивать, лезть в это все. Одним движением руки брюнетка достала телефон из кармана и быстро настрочила в заметках вопрос.
«Поэтому ты так повел себя тогда, когда я рисовала?»
Тот день всплыл в ее воспоминаниях также внезапно, как появился и вопрос. Сейчас ее это не сильно волновало, но не задать его Маринетт просто не могла. Адриан нахмурился, поднимаясь с дивана и подходя ближе, чтобы прочитать. Подняв свои зеленые глаза, чтобы встретится с голубыми, парень кивнул, ничего не ответив. Сжимая телефон в руках, девушка обошла психолога и прошлась от стола к стене, думая о том, что сказать Агресту-младшему, но при этом не попасть ему под горячую руку, хотя внешне он спокоен. Размышлять пришлось долго, ведь она проходила туда обратно раз тридцать. Парень молча наблюдал за пациенткой, он давал ей время подумать, да и в такой момент она казалась ему взрослее: сосредоточенное лицо, распущенные волосы, спадавшие на плечи, скрепленные за спиной руки. Теперь он мог разглядеть ее с другой стороны, ведь вчера, да и до этого, она казалась ему такой хрупкой, а сейчас — взрослой и рассудительной девушкой.
Качнув головой, Маринетт остановилась и заглянула в глаза парня, еще раз убеждаясь в своих словах, которые она решила ему написать. Вернувшись к дивану и взяв в руки планшет, девушка начала стучать по экрану пальцами.
«Знаете, это сугубо мое мнение, но вам стоит встретится с отцом. Пора поговорить, ведь родители у вас одни, да и мне кажется, что с матерью у вас есть контакт, и смею предположить, что вы даже видитесь. Поэтому, советую вам пойти на ужин и наладить отношение с мистером Агрестом, ведь потом возможности может и не представится. Каждый день что-то происходит. Лично я скучаю по родителям, но поговорить с ними у меня возможности больше нет, а у вас есть. То, что произошло давно, нужно попытаться забыть, и жить нормально. Это ведь больница мистера Агреста? А значит, он беспокоится о вас, раз все это построили. Не хочет, чтобы вы куда-нибудь пропали. Конечно, это не очень честно держать сына у себя на виду, но зато он знает, что с вами все нормально. Ведь только здесь вы можете изредко, но поговорить, да?»
Адриан вчитывался в каждое слово, пытаясь поверить в то, что было написано. В голове не укладывалось то, что его пациентка, а это после рассказа, выбрала другую сторону. В глубине души парень понимал, что долго обижаться на отца не получится, и даже пару раз успокаивался, но видя Габриэля каждый раз, обида всплывала и не давала нормально общаться, если только в больнице, и то при других блондин сдерживался, чтобы не напомнить отцу о том, что произошло больше семи лет назад. Но какого же было его удивление, когда он дошел до строчки с матерью, попав прямо в точку. Когда парень ушел из дому, он первым делом позвонил маме и предложил встретиться. Но встречаться часто у них не получалось, ведь женщина жила в другом городе, там была ее работа, но когда Эмили предложила сыну перебраться к ней, он сам отказал, ведь у него была учеба, а после отношения и работа в построенной больнице отца. Все так закружилось, что виделся он с женщиной только два-три раза в год. Тяжело вздохнув, парень отвернулся к окну, возвратив технику хозяйке. За стеклом вовсю светило солнце, грея лучиками прохожих и тех, к кому дотягивалось в здании. Услышав снова стуканье пальцев об экран, Адриан с крайне заинтересованным видом посмотрел на девушку.
«Если сомневаетесь, позвоните маме и поинтересуйтесь у нее, что она об этом думает.»
Блондин задумался над предложением пациентки. Это была неплохая идея, но он немного сомневался, нужно ли это делать. В голове сразу появилась мысль, а не позвать ли Эмили на этот ужин, чтобы посмотреть на их реакцию, ведь отец и мать не общались, это Адриан знал точно, по крайней мере, ему так казалось. Улыбнувшись, Агрест-младший кивнул и достал свой телефон из кармана, намереваясь сейчас же позвонить, но его действия прервали: дверь открылась и на пороге кабинета появилась Хлоя. Приподняв бровь, парень посмотрел на ворвавшуюся без стука Буржуа. Та окинула его кабинет взглядом и нахмурилась, заметив стоявшую около дивана Маринетт.
— Что-то случилось? — проговорил парень, спрятав телефон обратно в карман брюк. Он был удивлен появлению блондинки, ведь они договорились после работы пойти домой вместе, но сейчас явно не конец смены.
— Ты на время смотришь? — спросила девушка, скрестив руки на груди. Она медленно прошла в помещение и остановилась недалеко от Дюпен-Чен, продолжая сверлить взглядом своего парня.
Адриан и Маринетт повернулся одновременно и устремили свои очи на висевшие над диваном часы. Стрелки шокировали обоих, так как показывали половину шестого. Они засиделись за повествованиями и воспоминаниями парня, при этом долго размышляя над всем происходящим, из-за чего потеряли счет времени, что привело сейчас их в состояние шока.
— Извини, Хлоя — время не рассчитал.
Буржуа скептически приподняла бровь, после чего стрельнула взглядом холодных голубых глаз в сторону Маринетт. Брюнетка, поймав этот взгляд, немного поежилась, но попыталась этого не показать.
— Интересно, что же послужило поводом? — сладко-приторным голосом поинтересовалась блондинка, поворачивая голову в сторону психолога, продолжая приподнимать одну бровь — неправдоподобные слухи сказывались на нервах Хлои.
— Меня отец на ужин позвал.
Глаза блондинки засияли, и она в несколько шагов преодолела расстояние между ними, после чего спросила, что же он решил. Адриан только покачал головой, ответив, что подумает, может даже и пойдет. Хлоя, искренне улыбнувшись, обняла парня за шею и чмокнула в щеку, позабыв о том, что они находятся не одни. Как она была рада, что несколько бесед с Габриэлем Агрестом не прошли даром, и мужчина принял решение пригласить сына к себе. Блондинка давно думала, как их помирить, чтобы они уже общались как отец и сын, и вот, пару слов там, тут и вуаля, мистер Агрест решился на первый шаг к примирению. Хорошо, что Хлоя Буржуа тоже приняла решение поступать на психолога, ведь эти знания ей пригодились не зря.
Агрест-младший приобнял девушку и уткнулся ей в плечо, но через минуту он поднял свои очи и встретился взглядом с глазами своей пациентки. Почему-то ему стало стыдно за свое поведение перед Маринетт, поэтому он тут же отошел на шаг назад, тем самым оставляя расстояние между ним и Хлоей. Кашлянув, Адриан подошел к своему столу и уже хотел присесть в кресло, как вспомнил, что в углу кабинета раскиданы бумаги, лежавшие аккуратно в принесенной Натали папке. Быстро собрав все обратно, парень спрятал папку в свою сумку и взглянул на молчаливых все время девушек.
— Маринетт, на сегодня все. Мы подвезем тебя до дому.
Хлоя шокировано захлопала ресницами, а на ее немного бледном лице появились красные пятна от негодования — никто не подвозит своих пациентов до дома, и уж точно не засиживаются с ними до поздна в кабинете. Сжав кулаки, блондинка сдержанно кивнула, когда Адриан поинтересовался, не против ли она сама. Маринетт попыталась отказаться, но Агрест-младший возражения не принимал, поэтому быстро собрав свои вещи, все трое вышли из кабинета и направились к выходу из больницы.